Кроме Касимо за моими действиями наблюдали его помощники. Так что две дюжины глаз следили за мной, и когда я расплылся в улыбке, то и градус напряжения в комнате заметно спал.
– Замечательно, – заключил я, вдоволь наигравшись с незнакомой техникой, – Как быстро вы сможете изготовить первую сотню таких машин?
– Не раньше, чем через месяц, и то, если будут вовремя закуплены недостающие детали. Машина вышла дорогая. Себестоимость у неё около семидесяти пяти рублей, – перевела мне Аю ответ мастера.
– Список этих деталей передашь Степану. Скажешь, что я просил доставить их срочно. Кто из вас умеет красиво писать буквы кистью?
– Я, господин, – чуть ли не из-под моего локтя вывернулась мелкая и вездесущая Аю.
– Напиши-ка вот тут красивыми буквами слово «Касимо», – показал я на правый угол изделия, свободный от кнопок.
Талант у Аю определённо есть. У меня бы в жизни так здорово не получилось. Летящая надпись, соразмерная изделию, смотрелась, как украшение, и в то же время была лаконично строга.
– Что вам нужно, чтобы выпускать тысячу таких машин в месяц? – повернулся я к мастеру.
– Отдельный участок для ламп – индикаторов на шестнадцать человек, – получил я моментальный ответ от мастера, словно ожидавшего этого вопроса.
– Отлично. Включим его в перечень первостепенных работ. И пусть сразу строят с возможностью увеличения рабочих мест, – надиктовал я очередное распоряжение, даже не сомневаясь, что ничего не упускающая секретарша уже вовсю строчит в своём блокноте, – Аю, сегодня же свяжись с нашим стряпчим, и пусть он начинает оформлять патент.
– Хорошо, господин. Кроме вас туда ещё надо кого-то вписать?
– Аю, патент пусть оформляют на Касимо. С каждой проданной машины он будет получать пять рублей.
После того, как девушка перевела мои слова, наступила тишина.
Первым заговорил Касимо.
– Мастер спрашивает, правильно ли он понял. Если завод начнёт выпускать тысячу машин в месяц, то его отчисления составят пять тысяч рублей.
– Нет, Аю, – покачал я головой, и краем глаза заметил, как померкли лица японцев, – Я сказал, что Касимо будет получать пять рублей от каждой проданной машины, а не изготовленной. Для того, чтобы они хорошо продавались нужен будет другой, красивый и дорогой корпус, и самое главное, чтобы все машины, как одна, работали надёжно. Вот тогда мастер Касимо будет получать и пять, и десять тысяч в месяц.
– Господин. Пуд хорошей говядины у вас стоит тридцать рублей, а за пятьдесят рублей можно купить целый воз речной рыбы, – тут же ответила Аю, даже не начав переводить мои слова, – Пять тысяч рублей это очень-очень большие деньги. Обычный человек в Японии не может столько получать. Это не принято. Столько может получать представитель симина. То есть человек, получивший высокий социальный статус. А мастер Касимо даже не обычный человек. Его продали вместе с заводом.