– На Итурупе, я думаю, казаки и без нас в скором времени могли справиться. Они хорошо япошек при высадке пощипали, – уже подробно начал рассказывать Озеров, когда мы добрались до занимаемого нами особняка, – К посёлку им пробиться не дали, там местные все с оружием в руках, да и берег с заставы простреливается, а саму заставу атаковать – гиблое дело. Дорожка на скалу узкая идёт, с поворотом. В один пулемёт можно оборону держать. В общем, оттеснили японцев местные в бухту, что километрах в семи от посёлка, и начали пощипывать. То пост ночью вырежут, то с сопок обстреляют. Так что стоило нам в воздухе показаться, и пару очередей крупным калибром поверх голов дать, как они тут же белым флагом замахали. Тот офицерик, кстати, и махал, которого мы с собой привезли.
– Геологов не видели?
– В посёлке они. Боевые парни! Письмо вам передали, – полез Озеров в офицерскую планшетку, висевшую у него на боку.
– Позже посмотрю. Что с другими островами?
– На Кунашире и Урупе японцы ещё остались. Дома там добротные стоят, некоторые в два этажа. Мы разок проскочили, постреляли, но нам несподручно их с первых этажей и из подвалов выкуривать. Да и пулемёты у них есть. Вы сами строго-настрого наказывали, чтобы мы не рисковали, а всего лишь разведку провели.
– Согласен, – кивнул я в ответ.
– Шикотан мы полностью зачистили. Посёлок весь выгорел, и японцы в палатках жили на берегу. Пляж себе устроили. Нам одного захода хватило, чтобы всех их там положить. У них форма отличалась от остальных. Похоже, морские пехотинцы пожаловали. Местных жителей на острове не осталось. Под сотню трупов у сгоревшего посёлка шеренгой лежат. Мужчины или заколоты, или у них отрублена голова. Все женщины, скорее всего были изнасилованы перед смертью. Недалеко свежее кладбище японское, десятка на два-три могил. Восемь кольев вокруг него, и на каждом по ребёнку насажено. Я так понял, что это солдаты перед тем, как жителей расстрелять, у них на глазах над детьми измывались. Я всё сфотографировал. Отцу пошлю. Пусть в его газетах напишут, как японцы воюют. Ещё мной в офицерской палатке были найдены карты и фотоаппарат. Плёнку проявим, так думаю, ещё больше увидим, – глухо сказал пилот, – Обратно мы напрямик полетели. Над Японией. Всё ждали, что нас перехватить попробуют или обстреляют хотя бы. Вот бы мы отвели душу. Но нет. Непуганые они какие-то, и японского дирижабля мы за всё время перелёта ни одного не заметили.
– Мало у них дирижаблей, – заметил Алябьев после непродолжительного молчания, – Страна горная, и не слишком большая. Особого смысла в них нет. Разве, что над морем летать, так для моря корабли есть. От дирижаблей в Японии неудобств больше, чем пользы.