Попрощавшись с друзьями, я отправился на занятия по магии смерти. Никодим, как всегда, лил воду, а мои однокурсники смотрели на меня даже не с надеждой, а с мольбой в глазах. Когда лекция завершилась, я узнал, что ребята изучили щит света, и теперь мы могли тренировать магию смерти самостоятельно. Чёрт, да академия ещё должна приплачивать мне за обучение. Гриша, Лев, теперь ещё и Настя с Вячеславом.

Следующая пара — артефакторика. Как всегда увлекательно и познавательно. Преподаватель создал малое кольцо усиления, что позволяло повысить физическую силу на десять процентов. Да, немного, но кольцо было собрано на коленках за десять минут, чего ещё от него ожидать?

Когда занятие подошло к концу, преподаватель обратился к студентам:

— Если есть желающие, можете вечером присоединиться ко мне в мастерской. Поступил большой заказ на изготовление защитных артефактов, и я буду рад вашей помощи.

Дальше в расписании стоял Контроль маны, посещать который я не планировал. Поймал профессора артефакторики на выходе из аудитории и сообщил:

— Я готов помочь.

— Оу! Это замечательно! Что ж, приходите после занятий, — радостно закивал профессор и посмотрел на меня снизу вверх.

— Для меня занятия уже завершились. Идёмте в мастерскую? — предложил я, широко улыбнувшись.

— А у вас точно не будет проблем? Не хочу, чтобы вас отчислили из-за меня.

— Не беспокойтесь, профессор, всё будет хорошо.

— Ну, если вы так говорите, тогда пойдёмте.

Мастерская артефакторики больше напоминала кузницу. Большие доменные печи, наковальни, инструменты для грубой и ювелирной работы — в общем, всё для изготовления любого артефакта.

Профессор отвёл меня в комнату, где лежали три сотни металлических заготовок размером с крупную пуговицу. На заготовки уже нанесли хитрую гравировку, изображающую виноградные листья, сплетающиеся в подобие вихря.

— В этих медальонах нужно проделать отверстия снизу и сверху. Туда мы инкрустируем заряженные макры. Когда закончите, я нанесу на них руны, и артефакты будут готовы.

— Работа несложная, справлюсь, — кивнул я и снял пиджак.

— Вот и славно. А это ваш инструмент, — профессор указал на тиски, поверх которых лежала ручная дрель. — Как закончите или надоест, сообщите мне, я буду в соседнем помещении.

Профессор ушёл, а я взял первую заготовку, зажал её в тисках и принялся сверлить. На то, чтобы пробить два отверстия, ушло три минуты. Да уж. Преподаватель оставил мне три сотни заготовок, но такими темпами я управлюсь ближе к утру. А что если…?

Я призвал Слая. Послал ему образ, в котором слизень покрывает сверло кислотой, но не растворяет его. Слай вернул образ руки с поднятым большим пальцем. Кислотная оболочка покрыла сверло, но оно даже не думало растворяться. А вот всё, к чему прикасалось это сверло, тут же дымилось и таяло буквально на глазах.