Он открывает дверь, трогательно поддерживает меня под локоток.
Прикосновения его отвратны до тошноты, скриплю зубами, но терплю.
Но сразу после того, как закрывается дверь, резко дергаю локтем, пытаясь вывернуться.
Олег, тут же превращаясь из заботливого няшки в злобного придурка, перехватывает крепче и силой тащит в сторону гардеробной.
Я сопротивляюсь.
Борьба происходит в полном молчании, потому что за дверью наши родители, этот ужин — не просто ужин, а что-то вроде растанцовки перед началом сотрудничества, и наши дрязги только напортят. Впечатление позитивное смажут.
Олег заталкивает меня в гардеробную, закрывает дверь, приваливается к ней спиной.
Я тут же резко дергаюсь, в итоге сумев вырваться, разворачиваюсь к нему, шиплю кошкой:
— Какого хера? Выпусти меня!
— А поговорить, малыш?
Блин, почему я раньше не замечала, какая у него мерзкая, лягушачья улыбка? А что я вообще раньше замечала?
— Не о чем! — отрезаю я, — и запомни, это последний раз, когда я терплю и прикрываю тебя. Если ты сегодня же не расскажешь своему отцу про нас, я расскажу своему. И, поверь, даже краски не придется сгущать, потому что ты и без того чернушник гребанный!
— Ого, как мы разговариваем! Не принцесса, а шлюшка прямо подзаборная! Хотя… Мне нравится.
Он внезапно хватает меня, прижимает к себе, начинает тискать и целовать, сипя в процессе:
— Прекращай уже, блять… Ну побегала и хватит. Я уже извинялся… Ну ты же любишь меня, а я тебя…
— Да ты… Ты ебнулся! — других слов для характеристики его действий у меня просто нет. Словно заевшая пластинка, одно и то же!
Я сопротивляюсь, выламывая руки и извиваясь всем телом. Сильно, Олег еле удерживает, несмотря на свой рост и габариты.
— А чего так? Другого нашла, да? Другого? Кто он? Кто? — рычит он внезапно злобно, встряхивает меня так, что зубы клацают.
— Нашла! Да! — А чего сдерживаться уже? Не пошел бы он!
— И трахалась с ним? — Олег замирает, внимательно изучая мое лицо и, судя по всему, ища в нем признаки лжи. Не находит, злобно матерится сквозь зубы.
— Да! — Выпаливаю я, — и, сразу отвечая на твой следующий вопрос: трахается он лучше тебя! Гораздо!
— Ах ты… — Олег сжимает меня сильнее, до боли, я выпрастываю руку и луплю его по роже. С оттягом и применением маникюра.
— Сучка! — хрипит он, отшатываясь и прижимая руку к щеке, — бешеная! Да нахуя бы ты мне сдалась, если б не отец! Попробуй только ляпнуть что-то своему, сразу узнаешь, что такое: быть дочерью взяточника!
— Чего? — я не верю услышанному. Да не может быть такого… У отца Олега есть что-то на моего? Да нет… Бред же…