Интересно, это были свои же или кто-то другой? Не думаю, что всадницы решили ударить в спину, слишком нелогично как-то, да и банально. С другой стороны, та фраза «нас предали» могла говорить как раз-таки об этом. Короче хрен знает, не вижу смысла гадать сейчас.

Не спуская глаз с кучи одежды, забитой песком, я осторожно оторвал от одежды кусок ткани и затянул рану на руке. Ублюдок резанул почти что до самой кости. Как небесному всаднику, для меня это не прямо-таки смертельно, но конечность теперь отказывалась нормально двигаться. После этого я осторожно подошёл к вещам, откинул его клинок в сторону и кончиком меча раскидал одежду.

От бати осталась лишь куча сероватого песка, как праха. Ни костей, ни внутренних органов, будто за всё своё время, что он здесь бдел, иссохся до состояния песка, поддерживаемый лишь праведной яростью да каким-нибудь проклятием.

Но теперь оставался вопрос за главным — как выбраться из этого дворца и как решение, я видел перед собой принцессу, заточённую в янтарь и золотой гроб.

— Красивая… — пробормотал я, разглядывая её.

Действительно, восточная красота во всей своей силе. Длинные ресницы, лёгкий загар, чёрные волосы, и наряд, который лишь подчёркивал её воздушность и лёгкость. Интересно было бы взглянуть на неё при жизни, услышать её голос и понять, кем она была…

И почему небесные всадники пришли и убили ей.

С одной стороны, я мог поверить, что им срывало башню, потому что временами сам чувствовал неясные проявления какой-то агрессии и бунта. Какого-то патологического желания в некоторые моменты гнуть свою линию, не оглядываясь по сторонам и не взирая на риски или наказание. С другой стороны, это никогда не скатывалось в абсолютную агрессию ко всем подряд, насколько помню.

Так что вопрос открытый. Что же касается принцессы…

Я слышал, что любой дух в первую очередь привязан к телу. Пока цело тело — цел и дух. Но стоит его уничтожить…

После внимательного осмотра места, я нашёл цепи, которые удерживали гроб. Пришлось повозиться, но мне удалось уронить гроб на пол, сбив цепи. Тот упал, заставив весь храм вздрогнуть.

Теперь дело оставалось за малым, и я осторожно карябнул кончиком меча ко янтарю. Ощущение, что провёл по слегка мягкому стеклу. Тогда я перехватил меч за лезвие и ударил по нему гардой, как киркой. По поверхности поползли трещины. Несколько ударов, и янтарь начал трескаться, как толстый кусок льда. Решение оказалось простым и эффективным, без каких-либо заморочек.

Как итог — кусок странного стекловидного вещества лопнул и рассыпался на осколки, и к моим ногам упало тело принцессы… как её там… Фашаншы. Я присел перед её телом на корточки, осторожно перевернув на спину.