Рахим Махмуди едва устоял после мощного броска Волкова. Его ноги словно вросли в ковер, мышцы напряглись, удерживая огромный вес тела от падения. Годы изнурительных тренировок в зурханэ, где он часами поднимал тяжелые булавы и цепи, сделали его тело крепким, как скала Демавенда.

Восстановив равновесие, Рахим почувствовал прилив гордости. Он выдержал один из лучших приемов прославленного советского самбиста. Теперь настал его черед.

В голове Рахима промелькнуло воспоминание: отец, обучающий его древнему приему пахлавани. «Сила пахлавана не только в мышцах, но и в сердце», — словно наяву услышал он голос отца.

Рахим резко присел, чувствуя, как напряглись мышцы бедер. Молниеносным движением он обхватил ноги Волкова и выполнил «кундэ» — бросок с захватом ног. Мощным рывком он оторвал соперника от земли и перебросил через себя.

Зал взорвался восторженными криками. Иранские болельщики вскочили со своих мест, размахивая флагами и скандируя имя Рахима. Даже невозмутимые советские тренеры не смогли скрыть удивления.

Волков упал на живот, успев перевернуться в воздухе и продемонстрировав невероятную ловкость, тут же мгновенно перекатился и вскочил на ноги, демонстрируя великолепную технику самбо. Их взгляды снова встретились, и Рахим увидел в глазах соперника смесь удивления и уважения.

Оба борца вернулись в центр ковра, готовые к продолжению схватки. Воздух вокруг них, казалось, звенел от напряжения. Рахим чувствовал, как пот стекает по его спине, но дух пахлавана внутри него горел ярче, чем когда-либо.

* * *

Бросок Махмуди застал меня врасплох. Падая, я успел сгруппироваться и выполнить перекат, мгновенно вскочив на ноги. Месяцы упорных тренировок не прошли даром — тело действовало на автомате, даже когда разум был ошеломлен.

Вернувшись в стойку, я быстро оценил ситуацию. Махмуди силен, очень силен. Его техника пахлавани была непривычной, что делало его опасным противником. Я услышал, как Степаныч что-то крикнул мне, но слова потонули в реве толпы.

Решив сменить тактику, я начал кружить вокруг Махмуди, выискивая слабое место. Его темные глаза внимательно следили за каждым моим движением. Я чувствовал, как пот стекает по спине, куртка прилипла к телу.

Улучив момент, я рванулся вперед. Захватив руку Махмуди, я начал выполнять «узел локтя», стремясь ограничить его подвижность. Я чувствовал, как напряглись его мышцы, пытаясь противостоять моему захвату. Его рука была словно высечена из камня.

Зрители затаили дыхание. Я краем глаза заметил, как наш врач команды подался вперед, готовый в любой момент оказать помощь. Степаныч что-то яростно записывал в свой блокнот.