Адриан опустился на балконный выступ. Тот самый, на который меня принес Нэйд, выкрав со свадьбы. Пнул ногой арочную дверь и ворвался в покои. Уложил на огромную кровать с темным балдахином. Кинулся к шкафу, достал белую ночную сорочку. Подошел и начал меня переодевать, как безвольную куклу.
— Что ты делаешь? — я попыталась отбиться от его рук. Воспоминания нахлынули бурной рекой, виски сдавило болью.
— Тебе нужно выспаться. Завтра… — натянул он на меня шелковую ночнушку и расправил волосы, уложив их волнами на подушку, — тяжелый день, — и застыл, с улыбкой любуясь результатом.
Когда легла, хмель будто вновь перетек в голову, развязал язык, сделал ватными ноги и бесконтрольными руки. Что за вино такое? Сколько я выпила, что почти не соображала на озере? Зато помню все до мелочей.
— И чем он будет тяжелее, чем сегодня? — я потянулась к Адриану, но не дотянулась. Надула губы.
Он скинул с себя верх кителя и в одних штанах лег рядом на бок. Укрыл меня одеялом. Всмотрелся в глаза.
— Мы полетим к королю отстаивать нашу истинную пару, — откинулся он на спину и притянул меня к груди. Сжал горячей ладонью плечо. Уставился под свод балдахина.
— Что?! Мы? Отстаивать? — я подорвалась, стало тошно от рывка. — А… Торн? — тело объяло холодным огнем ужаса. — Он тоже там будет?
Адри мягко уложил меня обратно и сгреб, подминая под себя. Обхватил мое лицо ладонями и всмотрелся в глаза.
— Будет, — шепнул граф. — Ничего не бойся. Он и близко к тебе не подойдет, — пылали гневом его магические радужки. — Веришь мне?
Я моргнула. Непроизвольно. Сама не знаю, кому я теперь верю.
— Но зачем тебе это все? Для тебя истинная связь — случайная обуза. Выжжем ее, как и хотели, и не придется отстаивать то, что претит.
— Позже… выжжем, — поджал он чувственные губы. — Освободить тебя хочу от брака. Может, — Адри шумно выдохнул, — тебе легче станет.
Я спрятала глаза, прижавшись к его груди.
— Не станет.
Он зарылся пальцами в мои волосы, поглаживая кожу головы.
— Это пройдет. Ты забудешь обо мне. Найдется достойный мужчина.
— Обязательно… — я прижала ладонь ко рту. Показалось, что кислота в горло полилась.
А нет, не показалось.
Я вскочила, будто меня кипятком ошпарили, и вылетела к отхожему месту, где едва успела убрать волосы, чтобы не испачкаться. Меня давно так не выворачивало.
Сильная рука сомкнулась на затылке. Сгребла копну волос.
— Маленькая моя, — Адриан подсунул мне под нос какую-то колбу с голубоватой жидкостью, — выпей.
Не смогла. Замычала беспомощно. Меня просто на части рвало.
Он открыл вентиль каменной раковины и полилась вода. Умыл мое лицо, обдавая кожу прохладой.