Признаться, даже я не ожидала подобного поворота. Совершенно не заметила, когда мой маленький храбрый защитник пробрался в халат.
Взвыв, седовласый покачнулся, напоролся на стеклянный столик, разнёс его вдребезги, порезался осколками и рухнул в фонтан.
Нанеся противнику значительный урон, Хома разжал челюсти и юркнул под кресло.
В таком виде нас и застали ворвавшиеся внутрь полицейские в синей униформе. А первым среди всех метнулся ко мне Викториан.
Мой радостный мысленный вопль «Вик!» оглушил всю вселенную.
Генерал кинулся ко мне, пытаясь тщательно осмотреть руки, ноги, шею и убедиться, что я не пострадала.
А изумлённые полицейские тем временем вытаскивали окровавленного Вояку из фонтана. Он потерял много крови и был едва жив.
На меня поглядывали с опаской, не понимая, как я умудрилась так исполосовать здорового мужика.
Убедившись, что я в порядке, Виктор кинулся к моему похитителю с желанием добить этого мерзавца. Но, на счастье седовласого, полицейские не позволили учинить самосуд и быстро выволокли Вояку за дверь.
Едва поднявшись с кресла, я оказалась в надёжных объятиях моего генерала.
– Маня! Маня! Маня! – повторял он как заведённый, покрывая лихорадочными поцелуями моё лицо.
А потом смял в неистовом поцелуе мои губы, передавая мне всю свою страсть, нежность и любовь…
В этот момент мне хотелось плакать от счастья. Сердце совершало кульбиты, а тело обмякло послушной тряпочкой в сильных надёжных руках.
Всё плохое осталось позади, а впереди меня ждала долгая счастливая жизнь с самым красивым и заботливым мужчиной в мире.
Эпилог
***
– Виктор, – улыбнулась я.
– Скажи ещё раз! – попросил мой супруг.
Я уже немного выучила местный язык и понимала, что мне говорят.
– Викториан. Мой самый замечательный, любимый и красивый муж. Мой белиссиэль, – произнесла я на ломаном арнийском, но меня тоже прекрасно понимали.
– Люблю тебя, – со счастливой улыбкой выдохнул он, покрепче прижал к себе в постели и подарил нежный медовый поцелуй. – И его, – погладил он мой животик, где уже шесть месяцев рос его сынуля.
Мы решили назвать его Александром в честь моего отца. Следующий сынок получит имя Валериан – в честь отца Виктора. А девочки – имена своих бабушек: сначала Виктория, потом Илиана.
Через три месяца предстояло рожать первенца, и мой гиперзаботливый супруг уже обзвонил все роддома, изучил все отзывы на них и допёк не один десяток врачей дотошными вопросами.
Кстати, о врачах. Моя история получила широкую огласку и вызвала нешуточный скандал. Двадцать врачей, подписавших экспертное заключение о моей неразумности, отправились за решётку. И никто не обратил внимания на их доводы, что они были запуганы Джоном Роу и его братом либо обмануты недостоверными результатами анализов, подделанными в лаборатории.