— Они ещё сами не разобрались, Михалыч. — Ободрил Сёрега. — А вот то, что после нашего появления православие станет другим, это несомненно. Такой рычаг, как религия, власть просто так из рук не выпустит. А Павел Петрович, по всей видимости, знатного пинка святейшему синоду отвесил, после внезапно открывшихся обстоятельств, поэтому начались подвижки. Не без указаний сверху, нашел о чём беспокоиться…
— Меня, Серёга, беспокоит больше то, с какой скоростью внедряется радиосвязь! За церковь то я рад, если так поворачивается!
— Ты чо, Захар, прогрессу не рад? Всё сейчас начнется: фотографию, патефоны и радиосвязь планируем в сети харчевен народу показывать и приобщать. А на заводах уже и телефоны поставили, не везде, но есть.
— Вот это и тревожит, так бы, если по тихому, могли радио как козырь придержать. А сейчас неизбежно вначале информация о нём утечет недругам, а потом дело времени, когда и технология!
— Это не ко мне, — развел руками Серёга. — это хитрый план Павла. Может, на продаже радиоприемников планирует заработать, не зря технологию нарабатываем на массовое производство и внедрение. А может и на пропаганду с нашей колокольни рассчитывает, после широкого распространения гаджетов по всему миру. А скорей всего и то, и другое. Он император, ему виднее!
Глава 22 И люди придумают водку, напалм и носители атомных бомб…
Глава 22. И люди придумают водку, напалм и носители атомных бомб…
Южный Урал, ноябрь 1797 г.
Ещё в конце октября осенняя распутица приказала долго жить, а затем выпал снег и во все стороны потянулись санные обозы. Горно-заводской округ, и до этого не голодавший — завалили экзотическими для Урала товарами из Персии и Средней Азии. Слова императора о мире и торговле с Азией — живым подтверждением реализовывались на столах простых подданных. А то, что известие о феномене попаданцев из двадцать первого века разлетелось по всему миру — этот самый мир повергло в глубочайшее изумление. Грозившее обернуться в будущем совсем другими политическими раскладами и альянсами. Та же Османская империя, в свете таких новостей — даже против массовой депортации из Крыма нежелательных для России элементов не возражала. И вообще вела себя подозрительно тихо, после того, как их дипломатическая миссия вернулась из Санкт-Петербурга.
Впрочем, депортировали неблагонадежных инородцев не только к туркам, тот же грандиозный Павловский план по преобразованию природы требовал множества рабочих рук, и армия эти кадры предоставила. Военные трибуналы о презумпции невиновности и уж тем более об адвокатах не ведали, и всех, не соблюдающих законы империи — отправляли в трудовые лагеря. А учитывая причастность этих инородцев к работорговле славянами — срока раздавали щедро, от двадцати пяти до пожизненного. Закон и порядок насаждали железной рукой, по принципу коллективной ответственности — помимо сельского хозяйства обеспечили промышленное освоение Новороссии и строительство верфи в Николаеве бесплатной рабочей силой.