Позабыв, что на мне доспехи, я утёрла рот рукавом, оцарапав губы наручами.
— Нет, мы только встали на этот Путь. Всё сложное впереди.
Глава 19 Свиток «20 год, зима. Восстание и падение». Продолжение
Я и Руд стояли у круглых ворот в подножии Утёса Отшиба Свет Разума. Руд держал над головой синий фонарь. Доспехи я сняла, оставшись в чёрном халате рода Бахутри. Спину отягощал чехол с мочи-кой, которую нашёл и вернул мне Руд.
После победы над стражниками прошло всего полчаса. Соратники уложили наших раненых товарищей во дворце. Троих погибших накрыли покрывалами смерти, отобранными у стражников. Трупы стражников оставили валяться неприкрытыми.
Служитель Моваха, целитель по совместительству, остался с ранеными, продолжая озарять их то «Унятием Крови», то «Мягкими Руками». На его примере хорошо заметна несправедливая разница между обычным целителем, учившимся в Доме Опыта, но не допущенным в сословие, и целителем из славного рода, который получал доступ к скрытым озарениям сословия сразу по достижении нужного возраста. Под руками славного целителя все наши раненые давно воспряли бы и могли бы сражаться дальше. А мёртвых у нас вообще не было бы.
Остальные соратники распределились по Первому Кольцу. Одни завладели акрабом небесной стражи и начали патрулировать стену Кольца. Другие устроили обыск дворца Совета Правителей, рассчитывая найти скрижали «Отражения Озарения».
Руд передал мне фонарь и ощупал узоры на воротах, отыскивая секретные иероглифы замка. Но оказалось, что врата вообще не заперты — даже приоткрыты. Вероятно, мысль, что кто-то захочет захватить Отшиб, казалась высокоморальным дивианцам настолько нелепой, что они вели себя столь беспечно.
Мы не верили, что в Утёсе будут какие-то стражники, но мало ли что?
За воротами оказалась громадная пещера. Наши ноги утопали в жёстких, похожих на проволоку стеблях вьющейся ман-ги. Насколько хватало света синего фонаря, видно было, что мраморный пол пещеры сплошь зарос этим растением. Настолько редко сюда кто-либо заходил. А если и появлялся, то, наверняка, просто влетал в ворота на акрабе.
Я достала кристалл «Зрения Ночи» и применила его к себе и Руду. Тусклый свет синего фонаря резко сделался ярким.
Я разглядела свод пещеры, выложенный шестиугольными плитами мрачного камня и обложенный кольцами из блестящего металла, похожего на тот, из которого сделаны врата. По плотности напоминал мрачный камень, но отполированный до ртутного блеска. Я не поленилась и подсчитала их — двенадцать.
В центральном кольце чернела дыра, сначала показавшаяся мне чем-то вроде печной заслонки. Приглядевшись, уловила блеск звезды и едва различимую синеву приближающегося утра. Оказалось, что вершина Утёса заканчивалась жерлом, словно вулкан. А мы стояли как бы на его дне. Теперь понятно, почему никто не переживал из-за открытых ворот. Зачем, если сюда можно проникнуть через это громадное жерло?