И тут выяснилось, что грязные колдуны, обладая озарениями, не умели использовать их ступени. Ведь у них нет ни Взора, ни Голоса. Они использовали ступени озарений, ориентируясь исключительно на случай. Они даже не могли посмотреть толщину своих линий, чтобы прикинуть длительность и силу своих озарений!
Из-за этого грязные колдуны учились очень долго и болезненно. Методом постоянных проб и ошибок, нанося себе и окружающим увечья, они подбирали приёмы интуитивного использования озарений.
Весьма немногие из них доживали до того дня, когда наконец приспосабливались к своим ограничениям. Они постоянно жгли себя огнём, опрокидывали себя и других «Порывами Ветра» или прибивали «Ударами Грома». Отсюда, вероятно, такая их любовь к «Ледяному Копью» — это озарение наносило меньше всего урона тому, кто его неумело применял.
Страшно представить, как учились грязные колдуны, избравшие целительское предназначение. Если они вообще это могли выбирать…
Теперь понятно, почему они лечили так плохо. Шрамы заглаживать не умели, отчего все воины Свободной Вершины ходили изуродованными.
И ещё понятнее ценность слепков со скрижалей Дома Опыта. Для грязных колдунов важны любые крупицы знания, даже такого невнятного, как в Дома Опыта.
Я провозился с малолетними дебилами до вечера, но ни один из них не достиг хоть какого-то прогресса. Единственным достижением, да и то с большой натяжкой, можно было назвать полёт того парня, которому Диаба передал мои «Крылья Танцующего Ветра» — в какой-то момент он вдруг пролетел ровно четыре метра и врезался в столб, установленный в центре площади. Хорошо, что скорость была низкая, иначе его размазало бы в лепёшку.
Надо отдать должное парню — он продолжил свои бесполезные трепыхания, хотя болезненно вскрикивал от каждого движения. Даже стало немного жаль засранца.
Вечером вернулся Глашатай и прекратил занятия.
— Каковы их успехи? — спросил он.
— Полный провал. Полёт должен быть в крови. Человек должен хотеть летать, а не думать, что получив озарение, сразу полетит.
— Никто так не думает, — оборвал меня Глашатай. — Мы знаем, что для понимания работы озарений нужны знания, которые летучие угнетатели у нас украли. Работай дальше.
Глава 24 График спаривания и двадцать две грани
Сначала я надеялся, что молодёжь ненавидит Дивию меньше взрослых, но убедился, что ожидать от них здравомыслия так же бесполезно, как искать у юношей из гитлерюгенда сочувствия к узникам концлагерей. Быстро оставив попытки переубедить их, я сосредоточился на обучении: в конце концов, интересно понять, как магия озарений работал у тех, у кого нет магического интерфейса.