Или души.
Не знаю, но это был новый для меня опыт в подобном. Никогда не встречал чего-то схожего. Я знаком с банками памяти, но чтобы там ещё было запечатано и послание, которое можно воспроизвести…
Я медленно встал и направился к выходу, раздумывая о том, что сказало видение.
Поступить правильно? Пожертвовать собой ради какого-то мира? Но что я должен этому миру? С чего я должен вообще кому-либо помогать? Какой для меня от этого толк? Здесь не было тех, кто мне дорог, здесь не было тех, кого бы я действительно любил, и даже та же самая Исси… она… была лишь копией той девушки, которую я любил.
С другой стороны…
С другой стороны, Тэйлон был прав. Это было не то же самое, что смерть. Далеко не то же самое. И, понимая это, оглядываясь на мир, который был вокруг меня… мне становилось… не по себе.
Я знал, что могу всё исправить и всех спасти, я бы хотел это сделать, но не такой ценой. И именно понимание, чем придётся заплатить за спасение тех, кто мне почти чужие люди, что-то внутри тихо шептало: «а надо ли тебе это вообще?».
* * *
О приходе Росси мне никто не сообщил. Меня вообще никто не трогал с того момента, как я заперся у себя в комнате. Ну как заперся — на задвижку не закрыл, поэтому после быстрого стука ко мне заглянул мой наставник.
Застал меня он, когда я крутил револьвер в руках, испытывая двойственные чувства. Я в буквальном смысле слова держал в руках свободу: всего одно движение пальца, и всё, я закончу свои странствия. Я хотел этого, так хотел, но… что-то внутри останавливало меня, не давало просто бросить всё и уйти. И дело было даже не в том, что мне рассказал Тэйлон. Дело было в аду, который двигался сюда.
В любой другой ситуации я бы плюнул и вышел из игры, но такой участи я бы никому пожелал.
— Выглядит так, будто ты хочешь застрелиться, — улыбнулся Росси. Я не видел, но голос был именно таким.
Сам я продолжал рассматривать револьвер, будто заметил на нём что-то интересное.
— Я действительно хочу застрелиться, — негромко произнёс я. — Только не знаю, стоит ли или нет.
Он промолчал. Наверное, молчал с полминуты, прежде чем ответить.
— А сам как считаешь, правильно ли это?
— Не знаю, — честно ответил я. — С одной стороны… да с какой ни смотри, я не знаю. У меня есть выбор помочь и не помогать, скажем так. И я понимаю, что не должен, но…
— Но что-то тебя гложет, — закончил он. — Подсказывает, что это неправильно.
— Да. Это глупо, я столько раз проходил подобное, а здесь вдруг…
— Запнулся? — усмехнулся он и сел на стул напротив.
Я кивнул.
— Все мы запинаемся, — пожал он плечами и вздохнул. Начал бродить по моей комнате, видимо, раздумывая над тем, что бы сказать. — А знаешь, я однажды попал в примерно такую же ситуацию.