Это был всё тот же бред, что я слышал много раз. Я бы соврал, если бы сказал, что меня это не трогало, однако я не сдвинулся с места, внимательно следя за ними. Пытаются разозлить меня, заставить атаковать.
Они боятся меня. Боятся и потому сразу не атакуют, так как не уверены, что справятся. Пытаются заставить бездумно заставить броситься на них, надеясь взять количеством. А ещё они тянут время. Тянут, чтобы жена и ненормальный уёбок смогли уйти как можно дальше. Иначе бы не разводили здесь полемику.
— Это насколько надо отчаяться от страха передо мной, чтобы прибегать к жалким уловкам развести на ярость, — оскалился я. — Сын и отец стоят и ссутся напасть на не полностью обратившегося вервольфа. Пойду лучше, порву на части вашего пидорка…
С этими словами я развернулся на месте и понёсся в лес. Прыгнул вверх, подтянулся на ветке и помчался по следам дальше, перепрыгивая с ветки на ветку. И дождался момента, когда позади меня нагнал обратившийся Хонт.
Прямо в прыжке я развернулся, раскручиваясь как юла, и просадил ему в башку с ноги. Тот отлетел в дерево, врезался в него мешком и рухнул на землю, когда я сам удачно приземлился на все четыре конечности в лесу. И бросился сразу же к Хонту. Тот уже поднялся на лапы, но я подпрыгнул и обеими ногами врезался ему в грудь, отбросив ещё дальше.
Я вновь вскочил, готовый завершить начатое, но меня тут же повалил уже второй вервольф. Не в меру крупный, больше своего сынка, Ченс был в разы сильнее, чем все те, кто мне встречался до этого.
Мы кубарем прокатились по земле прежде, чем я смог извернуться и вырваться из его объятий.
Только поднялся на ноги, как уже пришлось уворачиваться от прыгнувшего на меня Хонта, который когтями оставил у меня на боку три кровавых линии, как от ножа. Пропустил его мимо и с локтя ударил в затылок. Тот от такого удара повалился на землю, и я набросился сзади. Впился в холку зубами, вырывая ему с затылка целый лоскут кожи.
Ублюдок взвыл. Закружился на месте, сбросив меня с себя и воя, когда на меня напала его батя. Он попытался меня ударить, раз, другой, каждый раз просто недотягиваясь. Я отпрыгивал назад, держа расстояние и дожидаясь момента, когда…
Рывок, и моя когтистая лапа ударила ему прямо в район правого глаза. При всех своих размерах, он не отличался скоростью, как и я не отличался силой, поэтому действительно причинить ему вреда не смог.
Вервольф зарычал, отпрыгнул, приложив лапу к морде и бросив взгляд на кровь, которая у него осталась, после чего голодным взглядом впился в меня. Рядом пристроился его сынок, рыча. Вервольфы встали плечо к плечу напротив меня, наконец поняв, что главное их преимущество — команда.