— За то, что … ик! Ой! Простите! — слышался не самый трезвый голос второй феи. — За пыльцу… Нашли у меня мешок волшебной пыльцы. Это не мой. Мне его подбросили! Я не виновата!

— Ну да, и сразу черный ворон прилетел. Тебя в клюв погрузили… Знаю- знаю, — усмехнулась Джоин.

Я почти успокоилась и взяла себя в руки. Как вдруг к дверь послышался стук.

— Именем министерства, обыск, — послышался мужской голос за дверью. — Вы обвиняетесь сразу по двум статьям. По статье сто шестьдесят четыре. Подпункт «б» за использование магических предметов и существ в мире немагов с угрозой разглашения тайны магического мира. И по статье триста девяносто восемь. Подпункт «а». За угрозу жизни и здоровья немагов путем выпуска на волю магического существа повышенной опасности.

— Простите, вы ошиблись дверью, — сглотнула я, видя в глазке десяток крепких ребят.

— Вряд ли! — послышался голос, а маги просочились сквозь дверь.

— Обыскать все! — послышался незнакомый голос. — Стоять на месте! Вы задержаны до выяснения обстоятельств!

Дверь в туалет скрипнула: «Нашел!».

— Ну что, магичка, — устало произнес боевой маг противозачаточной наружности. — Составляем протокол.

Все-таки натравил, Филиус! Как я хочу сделать ему «динь динь»! Кто бы знал!

— Использование магического унитаза, — начал диктовать боевой маг. В воздухе появилось перо и пергамент. Перо принялось писать протокол.

— Ну правильно! Нужно в ладошку и в окно, — едко ответила я, раздражаясь от столь позднего визита. И чьей-то изобретательности.

— Не мешайте! Использование магического унитаза, которое чуть не повлекло за собой разоблачение мира магии! — рычал суровый боевой маг. Пока остальные проводили обыск.

— Это не мой! Мне его подбросили! — на всякий случай выдала я. На меня посмотрели так, словно впервые видели человека, которому подбросили магический унитаз.

Я смотрела на обыск, понимая, что до обыска в квартире было намного неряшливей, чем в процессе обыска. Маги бережно складывали вещи стопками, умиляя меня до глубины души.

Хотелось нарушать закон почаще, чтобы сэкономить на домработнице.

— Простите, как «чуть не повлекло»? Или вы думаете, что я на нем на шабаш летаю? Стоит он себе, и стоит. Я экскурсии к нему не вожу, — вздохнула я, обещая ничему не удивляться.

— Вы поставили мир магии под угрозу! — рявкнул недружелюбный служитель закона.

— Унитазом, — продолжала я, в надежде, что сейчас зевнет и проснется здравый смысл. — И вообще. С чего вы решили, что он у нас волшебный?

— До нас дошли сведения, что он разговаривает, — буркнул боевой маг, поглядывая на умолкший раньше срока унитаз. Преждевременно почивший под толстым слоем хлорки.