— Тане? — Крат обернулся на человеческую девицу. — Крррээ, ну, мы можем её с собой взять, чтобы твоя мать её поблагодаррила. Ну и так… весомо можем поблагодарррить, если ты с нами отпррравишься. Таня, вы же поедете?
Он обрадовался тому, что нашёл выход из ситуации, не сомневаясь, что небогато одетая девица ухватится за такую возможность.
Исподтишка покосился на Соколовского — не помешает ли? Но актёр с преувеличенным вниманием рассматривал свои ногти и ухмылялся.
— Так что? Мне вызывать для вас машину? — поторопил девицу Крат.
— Нет, спасибо. Я никуда с вами не поеду, — равнодушно ответила Таня.
Она удобно устроилась на диванчике и обращала больше внимания на обивку подлокотника, чем на воронов.
— Вы не поняли, наверррное. Мы — состоятельный рррод. Вы помогли моему рроду, моему птенцу, и я вас за это щедррро отблагодаррю.
— Я вас не знаю, к незнакомым не езжу, и помогала я вовсе не вашему роду или принадлежащему ему птенцу, а лично самому Врану, — Таня улыбнулась ему через комнату, и ворону показалось, что с его плеч упала тяжёлая ноша.
«Она всё понимает и на деньги не польстилась… Если бы согласилась, то я, конечно, отпррравился бы с ней. Куда ж мне было бы деваться? Конечно, её бы не выпустили, пока бы я не прррибыл. А уж если я туда прррилечу, то потом назад не выррвусь! Вон как отец жаждет заполучить меня назад!» — подумал Вран.
— Вам не нужна моя благодаррность? — опешил Крат. — Это много денег!
— Спасибо, я вполне достаточно зарабатываю, чтобы не гоняться за приманкой, — Таня вовсе не была беззащитной размазнёй, коей её счёл старший Чернокрылов.
— Пррравда? А по вашему виду и не скажешь! — не выдержал Врон.
Таня только усмехнулась, не опускаясь до препирательств с глупышом.
— И кем же вы ррработаете? — Крат насмешливо уставился на Таню, а потом, сделав вид, что догадался, медленно перевёл взгляд на Соколовского.
– Аааа, ясно! Только… только, я надеюсь, он вам поведал, что женат и что у него две дочки имеются?
Таня понятия не имела об этом, но так как абсолютно никаких матримониальных планов не строила, только отмахнулась от этого известия.
— Не поняла… А какое отношение семья Филиппа Ивановича имеет к моей работе?
Соколовский улыбался уже во все тридцать два зуба, наслаждаясь редким зрелищем — напрочь дезориентированным вороном.
«В воздухе бы завис вниз головой и озадаченно каркал!» — решил он про себя.
Крат и правда ничего не понял — по всему выходило, что девица никакого отношения к личной жизни Соколовского не имеет.
«Ладно, пррроехали. Всё ррравно какая-то нищебррродка!» — решил он для себя.