— Что именно начистоту? — уточнил кот, решив, что вопрос обращен именно к нему.

— Что у тебя болит, кто ты такой и почему разговариваешь?! — сформулировала Татьяна.

— Болят рёбра и лапа — какой-то придyрoк меня пнул, — просветил её кот. — Зовут меня Терентий, а разговариваю — потому что из рода такого — говорящих котов!

«Чемпион по объяснениям!» — подумала Таня.

— А почему в перчатках нельзя осматривать? — уточнила она вслух.

— Неприятно и шерстку дыбом поднимает! — обстоятельно объяснил Терентий.

Соколовский всё-таки смог сдержаться и, сохраняя на лице исключительно бесстрастное выражение, протянул Татьяне руку, помогая подняться.

— Вы что, предупредить не могли? — грозно прищурилась на него Таня.

— Да как тут предупредить? Уважаемая, я сейчас принесу говорящего кота? Да вы бы решили, что я того… — развёл руками Соколовский, переглянувшись с норушью. — Ну как? Возьмётесь за таких пациентов?

— Они все будут говорящие? — подозрительно покосилась на него Таня, снимая перчатки, чтобы приступить к осмотру кота.

— Если захотят… У всех же характер… сами понимаете! Да и так, разные особенности есть, — явственно заюлил Соколовский, наблюдая, как Таня осторожно ощупывает бок Терентия.

— Рентген бы… но и так чувствую, что вот тут перелом, тише-тише, я не буду больше. А лапа? — чуткие пальцы прошлись по лапе, чуть подрагивавшей от боли. — Гм… Терентий, вы не против будете, если я вам укол сделаю? — с некоторым сомнением уточнила Таня.

Кот точно был против, но как тут расфырчишься, если уточняют так вежливо, на «Вы».

— Ладно! Только чтоб не больно было! — строго велел он.

После укола болезненные когти, впивавшиеся при каждом вздохе в его рёбра, поразжались, и он очень осторожно улёгся на бок, а Таня выкинула использованный шприц и перевела взгляд на Соколовского.

— Ну хорошо, если все животные, которых вы планируете здесь содержать, такие, как Терентий, ну, в смысле, с необычными способностями, то… — Таня задумалась на секунду, а потом решила, что никогда не простит себе, если откажется, — интересно же до визга! — Я могу согласиться на эту работу, но зачем вам Шушана? Вот у вас готовый переводчик есть! — она кивнула на Терентия.

— Всё просто, мне нужно, чтобы глубокоуважаемая Шушана открыла мне междустенье. Понимаете, все мои… гости, так скажем, испытывают крайнюю неприязнь к клеткам. Выделить каждому отдельное помещение в столь небольшом здании — проблема, а междустенье её запросто решает! — лучезарно улыбаясь, объяснил Филипп. — Шушана, вы согласны?

— А что я с этого буду иметь? — с крайне деловым видом поинтересовалась норушь.