— Больше двухсот человек! — продолжал двоедушник, поигрывая мечом и медленно наступая на Олега. — А я ведь даже никого бы и не убил, просто насытился их страхом!.. Но даже так сколько бы сил я получил! Сколько мощи! И никто бы никогда не узнал о моем появлении. Теперь же придется действовать грязно, собирать силу из смертей, но я не боюсь грязи… Кстати, тебе не интересно, зачем я пришел на ваш берег? Да еще и в твою родную деревню, почтарь?

«Он знает, знает про тот раз, про то, что мы тогда кого-то перевезли с того берега, и теперь смеется над этим, — у почтаря похолодело внутри, но он тут же взял себя в руки. — Не стоит спешить с выводами. Вполне возможно, что двоедушник в образе Влада просто услышал, как люди обсуждают мое возвращение… А то, что я родом отсюда, в общем-то, ни для кого не секрет. Ладно, пора кончать, но теперь уж я точно заставлю его ответить на мой вопрос. Только бы ведунья не подвела».

«Интересно, — судорожно думала в этот момент Настя, одновременно и следя за двоедушником, и ожидая сигнала от почтаря, — о чем он таком говорит? С пожиранием страха все понятно — это путь силы любой нечисти. Кто-то прет напролом, кто-то ищет обходные дороги… Но вот на что такое страшное двоедушник намекал Олегу, что обычно невозмутимый почтарь даже побледнел??»

— Настя, ритуал! — почтарь напомнил девочке об отвлекающем маневре, чуть не заставив ее совсем по-взрослому выругаться. Как будто у нее есть хоть какая-то кровь, чтобы перейти к следующему шагу…

К счастью, двоедушнику хватило и напоминания о том, что надо бы побыстрее с ними расправляться, пока якобы запущенный ими ритуал не набрал силу.

— А ты настырный! — проревел Влад и бросился на Олега, занося над головой меч.

Почтарь не был воином в полном смысле этого слова, но сам образ его жизни, полной опасностей, не оставлял выбора: хочешь остаться цел — учись драться любым оружием при любых обстоятельствах. Против такой твари, как двоедушник, у Олега, конечно, не было и шанса в ближнем бою, но ведь и расчет был совсем на другое…

— Ха! — Влад нанес ленивый косой удар, словно хотел раскроить почтаря надвое от плеча до бедра.

Видя, как красное лезвие несется прямо на него, Олег все же не дрогнул и в самый последний момент блокировал атаку медным кинжалом. Первый блок — его единственное умение в ближнем бою, в котором он был уверен на все сто процентов. Но, несмотря на то, что почтарь смог остановить живой меч, по его руке в момент столкновения словно ударили бревном, в глазах потемнело., а его верный кинжал моментально рассыпался в прах. Как будто был сделан из сухого песка. Двоедушник взрыкнул, явно недовольный результатом — он хотел прикончить своего противника одним ударом, но Олег уже успел разорвать дистанцию.