— Пойдем проведаем старого друга, — сказал Олег, привязав лошадей у крыльца.

Настя вздохнула, едва представив, что может твориться в этой простецкой харчевне, но решила терпеть. Все-таки за неполные два дня с почтарем она уже почувствовала себя более опытной, так что за добрые знания о Приграничье можно и заплатить собственным комфортом. Главное, чтобы это не становилось системой.

— Привет, Твердята! — громогласно поздоровался Олег с бородачом, буквально нависшим на барной стойке. — Привет, добрые братья-почтари и не менее добрые все остальные!

Посетители, которых было около полутора десятков человек, ответили нестройно, но искренне. Чернобородый повернулся на голос Олега, открыв пространство за стойкой, и оказалось, что в качестве радушного хозяина сегодня не неизвестный Добрыня, а коротко стриженая женщина-почтарь Василина.

— Чего налить, Олег? — добродушно поинтересовалась она своим глубоким мягким голосом, с трудом вяжущимся с ее брутальной внешностью. — А тебе, боярыня?

Кто-то хохотнул, но беззлобно, и Малова решила никак не выдавать своего истинного отношения к этому месту. К слову, оказалось оно не таким уж кошмарным, как нарисовала в своем воображении девочка. Тяжелые дубовые столы и стулья были на удивление чистыми, бревенчатые стены украшали резные фигуры животных, выполненные с высокого уровня мастерством. Вот только запах в «Приюте Добрыни» стоял тяжелый — сразу было видно, что его завсегдатаи не придворная свита великого князя, а люди, чаще бывающие на природе, чем в чистом помещении.

— Налей нам с Твердятой по сбитню, Василина, — сделал заказ Олег. — И квасу Анастасии. Все на мой счет.

— Сделаем, — улыбнулась женщина-почтарь и скрылась за стойкой, ныряя куда-то в нижние шкафчики.

— Ха! — ощерил зубы Твердята, искренне заинтересовавшись неожиданной щедростью Олега.

Почтарь и ведунья уселись за свободный стол, причем Олег сделал девочке знак, чтобы она расположилась именно с ним на одной стороне. А напротив уселся вальяжно подошедший к их столу бородач.

— Чем могу помочь, брат-почтарь? — Твердята уставился на спутника Маловой немигающим взором.

Затаил злобу, понял Олег. Естественно, такое унижение, какое испытал чернобородый, когда его вывели на чистую воду, трудно быстро забыть. Но мстить Твердята вряд ли будет, он далеко не глуп. Напротив, какое-то время будет максимально вежлив, обходителен и отзывчив. Репутация почтаря многое дает ему, и запятнанную лучше как можно быстрее очистить.

— Я насчет аспида… — начал было Олег, и бородач, пригнувшись, перебил его, заговорив едва слышно.