— Здравствуй, бабушка! Это Нора, — сказала она, услышав в трубке знакомый голос.

Последовало долгое молчание, а потом:

— Нора? Кто это?

— Твоя внучка, дочь Самии, — продолжила моя девочка голосом, прерывающимся от рыданий.

— У меня нет ни дочки, ни внучки.

— Есть! У тебя есть дочь, бабушка. Мама лежит в больнице, и ей так плохо, что она может умереть. Если это случится, нам придется самим заботиться о себе и оставаться в гостиничном номере, который находится в неблагополучном районе. Что с нами будет?

Нора подумала, что моя мать осознала серьезность ситуации — та подробно выспросила о моем состоянии и попросила назвать адрес гостиницы, где находятся дети, — и предоставила ей всю информацию.

В реанимации я пробыла четыре дня. Все это время я понимала, что происходит вокруг, но была не в состоянии ни говорить, ни двигаться, но при этом чувствовала, что нахожусь в хороших руках. Дочери по очереди дежурили у моей кровати, я знала, что Нора решила оставить работу, чтобы быть рядом со мной. С того мгновения, как я открыла глаза, они снова обрели присутствие духа. Успокоившись, девочки без конца целовали меня.

Я узнала, что мои родители решили в случае, если со мной произойдет непоправимое, взять моих дочерей к себе, а троим младшим предстояло вернуться к своему отцу. Если бы я умерла, моя семья была бы репатриирована и разделена…

Также Нора сообщила, что дала им наш адрес и телефон. Я сомневалась, что это следовало делать, и будущее не замедлило это подтвердить.

Я попросила Нору передать моим родителям, что мне лучше и что я возвращаюсь в гостиницу: больше всего на свете мне не хотелось, чтобы они вмешивались в нашу жизнь. Едва оказавшись на пороге номера, я почувствовала атмосферу страха. Атмосферу, которая была мне хорошо знакома.

Младшие дети повисли у меня на шее — так сильно им меня не хватало, а вот старшие, будто заговорщики, обменялись странными взглядами. Без сомнения, что-то происходило. Я принялась настаивать, чтобы Нора рассказала мне, в чем дело.

— Мама, — призналась она в конце концов, — угрозы возобновились, как это было в Алжире. В последний раз мне сказали: «Твоя мать получила то, что заслуживала. Хвала Всевышнему, она больше не сможет плодить ублюдков!» Мы с Мелиссой уже десять дней слушаем эти угрозы…

— Я боюсь смотреть в окно, — добавила Мелисса. — Тот мужчина сказал, что при желании я могу увидеть его в булочной напротив.

— Нора, когда ты сообщила мне, что дала моей матери наш адрес и телефон, я уже тогда была уверена, что угрозы возобновятся. Мы ни в коем случае не должны доверять родственникам!