Было одно существенное «но». Духовное правление при Барнаульском заводе оставалось частью общероссийского духовного ведомства, а значит подчинялось Тобольскому епископу. То есть, если возникнут какие-то несогласованности с Тобольским епископом (которому тобольский губернатор ближе и важнее), то может застопориться вся работа по духовной части.
Этого Фёдор Ларионович никак не мог себе позволить, ведь именно духовные вопросы являлись основой, на которой держалось всё дело государственного порядка. Православная церковь потому и была переведена императором Петром I в государственное ведомство, что уж больно часто патриарх и епископы тянули одеяло на себя, смущая народ и проводя политику своих интересов. Сейчас духовное ведомство работало надёжно, но из-за вот таких изменений административного подчинения территорий свобода Бэра от воли тобольского губернатора могла оказаться в плане духовного ведомства лишь видимостью.
Протопоп Анемподист указал на эту неприятную часть довольно недвусмысленно. Ведь как минимум две церкви при Барнаульском заводе теперь формально переходили под казённое обеспечение вместе с этим самым заводом. Да и вообще, теперь все церкви Колывано-Воскресенского горного округа становились казёнными, то есть повисали на балансе у начальника горного производства Фёдора Ларионовича Бэра, ведь он теперь становился и начальником всего округа.
Приписные крестьяне, которые должны отрабатывать оброчные повинности на заводах, формально также должны отрабатывать и на строительстве казённых церквей и приходских построек. Более того, эта их отработка на церковных строительствах будет покрывать оброчные дни равноценно с отработкой на заводах или делах казённого обустройства посёлка. Формально протопоп мог написать запрос правящему Тобольскому епископу и попросить приписных мужиков для своей стройки. Тобольский епископ напишет Бэру и тому придётся отказывать Анемподисту уже официально. Здесь вроде всё просто.
Но ежели Тобольский епископ заручится поддержкой тобольского же губернатора (который конечно же недоволен потерей власти над Колывано-Воскресенскими территориями и оброчных сборов с местного купечества), то они составят прошение в столицу. А из столицы может прийти распоряжение о перестройке казённых церквей, и тогда план Бэра по каменной застройке заводских территорий и всего посёлка Барнаульского завода станет очень затруднительно выполнять.
Правда, был один момент, что Анемподист относился к женатому священническому сословию, а значит выше протопопа прыгнуть уже не мог. Пимен же, как и все епископы относился к самому высокому в церковной иерархии монашескому сословию, вот потому-то он и очевидно раздражал Анемподиста своей самостоятельностью.