— Четыре агрокомплекса будут сданы через месяц-два, — бубнил за спиной Савелий. — Пора браться за следующие.

— Денег нет, — ответил сакраментальной фразой Свинцов.

— Их никогда нет. Но хоть на один наскребешь? Прям позарез надо ставить в Екатеринодаре, там зерно, а в Риге и Одессе пусть сами финансируют.

— Не знаю… Кубань буду думать. Одесса нужное дело, там наш вывоз, но, — Павел метнул на меня взгляд, — если война, то экспорта не будет и деньги впустую уйдут.

А Рига может оказаться у немцев. Так что, скорее всего, придется обойтись там крупными артелями — птица, молоко, огороды, теплицы… И небольшими заводиками. Все лучше, чем в моей истории.

— Михал Дмитрич! А Второв-то отступился! — вдруг весело сообщил Губанов.

Целая история, практически войну выдержали. Началось с того, что Второв нагляделся на наши “бизнес-центры” и захотел такой же, но круче. Ну Саша Кузнецов и построил магнату грандиозный комплекс “Деловой Двор” на Варварской площади — офисы, рестораны, гостиница, почта, телеграф, реально здорово получилось. Второв, конечно, затребовал финтифлюшек с колоннами и фронтонами на фасаде, но Кузнецов их ловко минимизировал и отгрохал первое общественное здание в стиле рационализма. Ничего, его степенство на Спаса-Хаусе оттянулся, сплошной классицизм, ротонды-капители.

А пока строили, поглядел Второв на нашу работу, так сказать, изнутри, просек, что мы веников не вяжем и пожелал купить можайский агрогород. По всем современным буржуинским правилам, с обрезанием кредита, скупкой обязательств, эдакое рейдерство в мягкой форме. Мы поначалу пластались, чтобы атаку отбить, а потом Пешехонов, ведавший в Центросоюзе статистикой, стукнул себя по лбу и говорит — да пусть покупает! Там же артельная собственность, ему же каждого пайщика отдельно уговорить надо!

Ну мы и подготовили баландинских орлов, и Второв уперся в глухую стену — свою долю каждый согласен уступить, но задорого и с условиями. И каждый говорил “Вот разбогатею, уеду в Сибирь (в Крым, на Кавказ, в Америку, в Аргентину)!”. Так совместными усилиями и довели до мысли, что проще построить свой собственный агрогород, с лаптой и доярками.

Ну и хорошо, пусть будет и частный наряду с нашим. И конкуренция, и запас прочности. И вообще мне казалось, что промышленно-строительный бум мы повернули, пусть и немного, но в более гуманном направлении. Больницы да школы русская буржуазия строила и раньше, но теперь все это нашим примером связалось в комплекс. И если ставили завод, то сразу с рабочим поселком и всеми общественными зданиями. Еще десять лет назад, скажем, в той же Самаре рабочие-булочники жили прямо в пекарне, и здоровые, и больные, и удивляло это только земских врачей, искавших причины эпидемий. А теперь таких случаев становилось все меньше и меньше, в конце концов, поставить жилой барак или того проще, избу — расход невелик.