Полина суетится вокруг него, как заведенная кукла, подливает кофе, поправляет салфетку, но

Князев будто не замечает этих стараний. Его показное равнодушие к ней почти жестоко.

Любовница бросает на него встревоженные взгляды, чувствуя, что теряет контроль над

ситуацией.

Я спокойно отпиваю кофе, демонстративно игнорируя его пристальное внимание.

Настя с Денисом непривычно молчаливы. Наблюдают за происходящим.

— Сашуль, сходим сегодня на пляж? — Полина смотрит с надеждой на Князева. Кажется, что ей

вся эта "семейная идиллия" уже тоже поднадоела.

— Может, позже... С внуком хочу побыть, — Саша смотрит на дочь и ласково ей улыбается.

Настю он всегда обожал. И это у них взаимно. В общем-то, у нас была прекрасная семья. Если

бы... не его измена.

— Наверное, и мама хочет с Никитой побыть, — дочь робко смотрит на меня. Поняла, наконец,

что находится между двух огней.

— Насть, я позже посижу с малышом. Схожу пока на пляж, — решаюсь держаться подальше от

бывшего и наслаждаться отдыхом в полной мере.

— С Полиной сходишь на пляж? — ухмыляется придурок.

— Одна, — обрубаю всяческие попытки привязать ко мне его любовницу. Перевожу гневный взгляд

на любовницу Саши, давая понять, чтобы даже не думала идти со мной в одном направлении.

Хоть пляж и большой, но я не готова находится рядом с ней. Достаточно и того, что мы ночуем

под одной крышей.

— Я у бассейна позагораю, — пищит Полина.

Сразу после завтрака надеваю купальник и белый короткий сарафан с цветочным принтом. Легкая

ткань струится по телу, подчеркивая слегка загорелую кожу.

Собираю волосы в небрежный пучок, оставляя несколько прядей обрамлять лицо.

В пляжную сумку бросаю солнцезащитный крем, книгу, полотенце и темные очки.

Спускаясь по лестнице, ловлю на себе пристальный взгляд бывшего мужа. Он застыл в дверном

проеме, прервав разговор с Денисом на полуслове.

Выхожу из дома и прохожусь по тихой улочке. Море совсем рядом находится.

В одном из соседних домов замечаю удивительной красоты цветы. Заборы здесь у всех

невысокие, декоративные - скорее для обозначения границ участка, чем для защиты. Пышные

кусты олеандр всех оттенков голубого и розового склоняются над белым штакетником, а по

деревянной решетке вьется глициния, свесив свои сиреневые кисти.

Замечаю садовника, который в одних лишь темных брюках с голым торсом поливает цветы. Не

могу отвести взгляда от его бронзовой кожи и рельефных мышц. Все-таки турецкие мужчины

красивые... Или просто мне пора срочно налаживать свою личную жизнь...

Мужчина, словно почувствовав мой взгляд, поворачивается. Наши глаза встречаются. И я