смущенно отвожу взгляд, пойманная за откровенным разглядыванием. Его губы растягиваются в

белозубой улыбке. Красивый... Черные волосы слегка намокли, мускулистое тело притягивает

взгляд как магнит. Капли воды стекают по смуглой коже, очерчивая рельефный пресс.

Его руки — сильные, с проступающими венами, но при этом в движениях чувствуется

удивительная бережность, когда он касается цветов. Широкие плечи, узкие бедра, длинные

ноги... Темные брюки сидят низко... Все-таки мне точно пора наладить свою личную жизнь.

"Господи, что я делаю?" — одергиваю себя мысленно. — "Веду себя как голодная кошка". Но

после трех лет одиночества и свежих воспоминаний о завтраке с бывшим, тело предательски

реагирует на вид привлекательного мужчины.

Садовник снова улыбается и что-то произносит по-турецки. Его голос низкий, с хрипотцой. Я

не понимаю ни слова, но интонация явно приглашающая. Он делает шаг в мою сторону, и я

торопливо продолжаю свой путь к пляжу, чувствуя, как горят щеки.

За спиной слышится его тихий смех, и я ускоряю шаг, проклиная свою несдержанность. Только

курортного романа с местным мне сейчас не хватало!

Прихожу на пляж. Золотистый песок уже успел накалиться под утренним солнцем, но у кромки

воды еще прохладно. Море сегодня спокойное, лазурное, манит своей прозрачностью.

Расстилаю полотенце, устраиваюсь поудобнее. Снимаю сарафан, чувствуя на коже теплые

солнечные лучи. Вдыхаю соленый морской воздух и чувствую, как постепенно отпускает

напряжение после неловкого завтрака. Здесь, под шум прибоя, мне удается немного отвлечься.

Достаю книгу, но читать не получается — мысли все время возвращаются к событиям трехлетней

давности. Туда, где я познала боль от предательства...

****

Три года назад.

— Саш, ты сегодня пораньше освободился? — завариваю себе кофе. Слышу, как муж долго возится

в коридоре.

— Да, — его голос кажется немного задумчивым.

— Саш, Настя звонила. Говорит, на выходные можно на шашлыки всем вместе съездить, —

торопливо говорю мужу, выливая из турки кофе в чашку.

— Я ухожу, — муж говорит буднично, нетерпеливо. — Лер, я ухожу от тебя...

Помешиваю кофе. Ложечка застывает в руках.

В кухне повисает гнетущая тишина. Она неприятно давит на меня.

— Куда уходишь? — мой голос становится хриплым.

— Я изменил тебе, Лера, — Саша так быстро говорит, словно заучил эту речь. — Только давай

без истерик. Я не хочу быть последним гадом, который спит с любовницей за спиной у жены...

— Не продолжай... — шепчу, всматриваясь в любимое лицо мужа.

— Лер, я знаю, как это все выглядит. Понимаю, что семью уже не сохранить... В общем, у меня