— Нет, нет, нет, — замахал рукой Буревестник. — Слишком поздняя информация. Я говорю о других временах. Когда просторы Нескучного моря, а также Бледных и Бесформенных океанов населяли исключительно жалкие моллюски и планктоны. Тогда еще и речи не было ни о каких Безликих стражницах дна. Они появились гораздо позже.

— Но разве вначале здесь жило что-то разумное? — поразился охотник.

Глаза советника сверкнули.

— А вот вначале, мой дорогой друг, был некий Создатель. Давай назовем его Бездной. Именно оттуда он выбрался и туда ушел, когда этот мир ему наскучил.

ХантерБрук ощутил, как по спине побежали мурашки. Очень знакомое чувство. То же самое он испытывал, охотясь на двуглавого Хмара. Это были задатки страха. Опасного, первородного, который очень тяжело побороть, до тех пор пока не вступишь в открытое противостояние с неизвестностью. Только тогда можно смело взглянуть в глаза опасности, отринув всякие предрассудки.

— И что же случилось с этим божеством… простите, Бездной? — осторожно поинтересовался Хантер.

— Ну а здесь как раз и начинается история народа ихтианов, таинственных покровительниц, Горизонтов и всего остального, — улыбнулся Буревестник. — Представьте бушующую стихию и одинокую рыбацкую лодку вдалеке от берега. Представил? Хорошо. Маленькая девочка, дочь местного ловца, в этой лодке. Она плывет навстречу своей смерти. Именно отсюда и начинается история нашей великой Глубины. Возможно, в тот момент, когда шторм усилился, Бездна проявил великодушие, а может быть, это был всего лишь холодный расчет. Впрочем, у существ, обладающих подобной силой, по-другому и не бывает. Именно так появилась Безликая, великая покровительница Подземья и народа ихтианов.

— На мой взгляд, слишком простая история. — Охотник внезапно остановился и посмотрел на Гредерика. — Но позвольте спросить вас, сэрг. Откуда вам все это известно?

— Как откуда, — улыбка словно у ребенка заставила ХантерБурка напрячься. — От первоисточника, мой друг, от первоисточника.

Старая проржавевшая дверь протяжно заскрипела. Гредерик отпустил маховик, наклонился и прошмыгнул внутрь. Перешагнув порог следом за ним, охотник в очередной раз ощутил наступающий на пятки страх. Впрочем, это чувство имело под собой гораздо более глубокие корни, ведущие в самые ужасные глубины кошмара.

Бледный свет обычной масляной лампы ударил в глаза. Хантер поморщился, прикрыл лицо и попятился назад, наткнувшись на что-то твердое. Убрал руку и замер от удивления. Небольшая площадка, погруженная в полумрак, заканчивалась широким обрывом, возле которого и стоял Гредерик, заглядывая вниз.