— Макс, что-то не так?

— Да нет, все нормально.

— Выглядишь как-то нездорово.

— Все нормально, — отрезал я, ясно давая понять, что разговор пустой. — Залезай, помогу!

Вергилий криво улыбнулся, качнул головой, но вопросы задавать перестал.

Не прошло и трех минут, как мы оба забрались внутрь воздуховода.

Проход был довольно узкий, с грубым низким потолком. Двигаться приходилось чуть ли не на карачках, пригнув голову. Уже в трех метрах от входа воздуховод уходил вправо, затем снова поворачивал налево. Здесь так же было сыро и душно, но зато радовало осознание того, что найден возможный выход.

Очевидно, что подобные воздуховоды вообще не были предназначены для того, чтобы по ним перемещались люди. На самый крайний, критический случай — еще может быть. Да будь я в здравом уме, внутрь бы не полез.

Справа, вдоль стены тянулись ржавые трубы. Возможно, это была какая-то отдельная водопроводная магистраль, а может, и что-то другое. Сам воздуховод протянулся более чем на сто метров — миновать такое расстояние на карачках было непросто, особенно учитывая, что мы тащили с собой кучу вещей. Постоянно попадались какие-то выступы, крепления, крюки… Возможно, для чего-то они и предназначались, но так и не были доделаны.

— Знаете, а мне все это даже нравится! — подал голос взмокший напрочь Швед. — Ранее я бывал на специальных операциях в Сирии, Ираке. Но в спасательных миссиях еще не участвовал! Моя новая деятельность, которой я теперь занимаюсь, сами понимаете — скучна и однообразна.

— Вот и оставайся тут! — недовольно пробурчал ползущий первым Михаил. — Отсюда и барыжить удобнее. И безопасники не найдут.

— Заткнулся бы ты! — огрызнулся идущий следом Швед. Легкое эхо разнесло звуки речи по воздуховоду, скомкав половину слов. Но, тем не менее, общую суть Миша уловил, злобно захихикав.

Эти двое с самого начала почему-то невзлюбили друг друга. Но ничего, это пока… Если, не дай бог, конечно, возникнет ситуация, при которой они будут зависеть друг от друга, эти мелкие словесные перепалки прекратятся сами собой. Когда нужно будет спасать жизнь товарища, ни места, ни времени для глупых пререканий уже не будет.

Мне показался странным тот факт, что воздуховод был прямой как стрела. Ни ответвлений, ни тупиков. Просто один-единственный узкий проход, идущий прямиком над основным туннелем. И постепенно это начинало меня нервировать. Эта однообразность, а еще и мерзкое чувство, когда понимаешь, что время и так поджимает, а тут еще и естественные причины тормозят. И когда, наконец, проход, возведенный руками человека, закончился, все мы вздохнули свободно.