— Да нормально, жить буду! — он ощупал плечо. — Вроде цело.
Удар пришелся больше по плотной лямке рюкзака, значительно смягчив последствия. Так и плечевой сустав раздробить можно.
— Что это за хрень была? Волосатая, грязная. В шкуре, что ли? — Швед подошел к лежащему среди разбросанных кирпичей телу убитого дикаря. — Обалдеть, это что, человек?
— Человек, — кивнул я. — Только обезумевший!
— Что же могло довести его до такого состояния? Голод? Страх?
— Я слышал, что их пытались отравить каким-то газом или чем-то подобным. В итоге те, кто выжили, выглядят так. Я сам в прошлый раз, пару таких кое-как успокоил.
— И много их здесь?
— Понятия не имею. Это все бывшие строители и инженеры, обслуживающий технический персонал.
У меня в голове внезапно проскочила толковая мысль… А что, если здесь тоже не обошлось без облучения того источника, который едва не выжег мне мозги, в «Бункере № 17»? Идея смелая, даже дерзкая, но что, если безумец Картавин, так же как и подполковник Шевченко, воспользовался источником психотропного излучения в своих целях, так сказать под шумок?..
Глава 18 Ловушка
Минут десять мы осматривали центральную часть комплекса, стараясь держать друг друга в поле видимости. Других дикарей здесь не оказалось, но это еще ни о чем не говорило.
Приблизившись к стоящему в противоположной части сооружения старому электровозу, я невольно поразился — таких моделей я ранее не видел. Состояние электровоза было печальным — вся носовая часть была серьезно деформирована, словно от тяжелого и жесткого удара. Сам транспорт слетел с рельс, но тем не менее сохранил практически правильное положение. Кабина машиниста пострадала лишь частично, в основном это касалось лишь рамы, лобового стекла, приборов освещения и прикрученного слева бокового трапа. Поднявшись по трапу и заглянув в кабину, я увидел лежащий на полу человеческий скелет в рваном ОЗК, и с лопнувшим противогазом на голове.
Отвернувшись, я уже хотел было спуститься, но не успел.
— Макс, что здесь? — сзади подошел Верг.
— Сам глянь, — я спрыгнул вниз. — Ничего хорошего!
Диггер быстрым взглядом окинул электровоз.
— Выглядит так, будто он что-то протаранил. Что-то большое.
Я задумчиво покачал головой и, свернув налево, двинулся вдоль транспорта. Метров через двадцать я увидел лежащую сбоку от полотна большую, сильно покореженную стальную дверь.
— А вот и ответ. Машинист протаранил гермодверь, — пробормотал я. — Но зачем?
Осмотревшись, я заметил, что за электровозом был прицеплен всего один вагон — грузовая платформа, частично заваленная мешками с окаменевшим цементом. Заглянув туда, среди мешков я разглядел человеческий скелет в истлевших обносках, каску и ржавый автомат.