Содержание кислорода в туннелях действительно стало меньше, да и воздух был влажный, затхлый. Это на таких крупных объектах как «Астра-1» или «Гамма-3» еще проектировщиками были предусмотрены мощные компрессорные установки, автономная работа которых все еще потихоньку давала более-менее свежий воздух, выкачанный из верхних технических уровней.

Я только и думал о том, чтобы ускориться. Да, это было тяжело, но необходимо. Меня словно что-то подгоняло в спину, хотя усталость понемногу брала свое.

— Эй! Макс? — Миша едва поспевал за мной. — Да не торопись ты так!

— Катя может не дождаться… Вдруг эти дикари ее морят голодом? — обернулся я, не прекращая движения. — А если хуже? Если у неё отрезают по какому-нибудь фрагменту тела в день и жрут? Пальцы, например… Этот старик Картавин явно свихнулся, раз живет в таком месте, в компании каннибалов, считающих его неким божеством. Ну и бред, же!

— Макс!

— Что? — снова обернулся я.

— Успеем! Успеем, слышишь?

— Прошло уже много времени, а вдруг…

— Никакого вдруг! — Миша опять меня перебил. — Катя — сильная девушка, ее сломать не просто. Она у нас не комнатная фифа, умеет за себя постоять. Дерьма в ее жизни было вдоволь.

Я глубоко вдохнул и тут же выдохнул. Затем утвердительно кивнул и улыбнулся.

— Вытащим ее! — тот хлопнул меня по плечу рукой. — Все будет нормально… А! Фу, ох ты ж, мля… Это че такое, а?

Миша случайно наступил на частично занесенные песком останки человеческого скелета. Точнее, на его верхнюю половину. Ребра с хрустом проломились, а ботинок застрял внутри грудной клетки.

— Ох, м-мать! — пробормотал Раф, расширившимися глазами осматривая частично вкопанные в песок кости. — Да их тут много… Как же это…

Я окинул взглядом все освещенное нашими фонарями пространство. Здесь было довольно много песка, частично прикрывшего проложенное железнодорожное полотно. И хотя лучи света хаотично скакали по стенам и насыпи, картина была, мягко говоря, удручающей. Здесь, в разных неестественных позах лежало более десятка скелетов, все еще облаченных в потертые бронежилеты, остатки военной формы и рваные лохмотья традиционных советских ОЗК. Некоторые из них чернели обгоревшими краями. Чуть поодаль стояли две столкнувшиеся вместе дрезины, частично покрытые черной копотью. Сейчас оба транспорта были поразительно похожи на огромную свалку ржавого, обгорелого и деформированного металлолома, хаотично покоящегося на массивных шасси.

Одна из дрезин слетела с рельсов, а при падении еще и раздавила корпусом пару бедолаг — их раздавленные скелеты говорили сами за себя. А еще повсюду лежали странные аппараты, напоминающие одновременно огнемет и садовую брызгалку. Пустые, деформированные баллоны с прикрученными к ним толстыми гофрированными шлангами валялись тут же.