Костолом помнил, что ранее Макс выдвигал предположение по поводу того, кем именно могли являться эти дикари — рабочими и инженерами строящегося комплекса. Однако все еще было непонятно — что сделало их такими? Просто одичали? Нет, бред. Скорее всего, какое-то сильное воздействие извне… Возможно, даже что-то психотропное.

Бывший наёмник не хотел об этом думать — какая разница? Имеем то, что имеем!

Костолом дважды обошел по периметру все помещение стоянки нелюдов. Из-за шума, бормотания и храпа всей людской массы, великан не боялся быть услышанным. Главное, не попадаться на глаза — дикари отлично видят в темноте, в этом Костолом уже убедился неоднократно.

Судя по всему, эта часть комплекса была практически готова — отделка завершена, хотя на стенах так и остались висеть пучками электрические кабели. Видимо, это помещение задумывалось под столовую общего питания — у стен стояли древние холодильники, какие-то стеллажи, полки. В дальнем углу один из проходов был намертво завален столами и стульями. Все было сломанным, грязным. Тут и там валялись обломки, кучи каких-то полусгнивших бревен.

Дикари выбрали это место неслучайно — здесь было всего три выхода, два из которых были заблокированы. Наверняка по соображениям безопасности. Такие твари, как сколопендра, явно не против отведать дикарятинки, а потому неудивительно, что мутанты периодически наведывались в гости… Костолом не успел понять, как именно нелюды защищались от подобных нашествий. А они наверняка что-то придумали! Ведь если бы твари свободно жрали человечину, то за тридцать лет никаких дикарей тут попросту не осталось бы… Да и возраст всех встреченных хомо был никак не меньше пятидесяти, и все они были исключительно мужского пола. Женщин и детей Костолом не заметил.

Сначала, почти все его внимание было приковано к месту приготовления пищи. В центре стоянки стояла клетка без верха, внутри которой в хаотичном порядке лежали обугленные куски дерева, кое-где объятые слабыми языками пламени. А над ними, на длинной стальной трубе, закрепленной на уложенные справа и слева закопченные бетонные блоки жарился червь-людоед. Он был небольшим, может, метра четыре. Неподалеку от печи великан разглядел грубо отделенную голову и хвост. А рядом кучу потрохов.

Вокруг была вонь, грязь. По углам лежали недоеденные, отвратительно смердящие куски странного мяса, фрагменты хитина, обглоданные кости.

Костолома едва не вывернуло наизнанку, но он все-таки сделал над собой усилие и сдержался.

Жарящийся червь уже был частично обглодан. Время от времени кто-нибудь из нелюдов подходил к печи и куском острого металла отрубал ломоть мяса, после чего отправлялся пожирать добычу. Большая часть дикарей, а их бывший наёмник насчитал пятьдесят семь, спали, завернувшись в грубые шкуры.