— Помню, — немножко развеселилась я. На самом деле Серегу Лютикова учила в карты играть не я, а некий Владимир Ионесян, навсегда вошедший в историю под прозвищем «Мосгаз». Сережка, Коля и Володя тогда уселись за столом, а мы с Алей, его девушкой, как давние подружки, болтали о том о сем за чашкой чая. Но милейшей Катерине Михайловне, конечно же, было незачем об этом знать. Поэтому я поблагодарила ее за совет, вежливо попрощалась, повесила трубку, подхватила сумку и зашагала в школу. Нужно было уже в полной мере приступать к своим прямым обязанностям, а точнее — разбору завалов, которые оставила предыдущая заведующая учебной частью.
Как опытная «попаданка» и детектив-самоучка, я решила начать со сбора информации. Это второе, что мне нужно было сделать. Первое — успокоиться. Добывать ценные сведения нужно было крайне ненавязчиво и как бы между делом, чтобы не вызывать подозрений у других. До сих пор я не спалилась, но, кажется, мне нужно быть осторожнее. Вон даже Катерина Михайловна определила, что я «ленинградка по духу». А уж как меня до сих пор не раскусила проницательная Софья Исааковна, я вообще удивляюсь…
Но здесь мой статус москвички, якобы впервые в жизни оказавшейся в Москве, сыграл на руку. Я же «новенькая», ничего не знаю, ничего не видела, ничего не слышала. Работаю в должности завуча без году неделя. Ну а то, что я прожила в городе разводных мостов полвека, никому знать не стоит…
Путем задавания нехитрых наводящих вопросов мне удалось выяснить вот что: к середине семидесятых в этих краях было целых три школы. Наша, самая обычная, считалась в РОНО чем-то вроде «хулиганской». Зато другую, находящуяся в глубине соседнего микрорайона, называли почему-то престижной. Про третью школу мне пока ничего не удалось разузнать, но одна учительница, многозначительно подняв глаза к потолку, шепнула мне, что там учатся дети каких-то «доров», и что нашей школе до них, как до луны. Кто такие «доры», я сначала вообще не поняла, но потом все-таки узнала: доры — это дети ответственных работников.
В том, что школу нашу считали чем-то вроде заведения для рабочего класса, не было ничего удивительного. Квартиры в большинстве наших домов, построенных в конце шестидесятых, выдавались в пользование сотрудникам близлежащего завода и других предприятий, работники которых в основной массе были простыми людьми, рабочим классом. Родители многих учеников нашей школы не были коренными ленинградцами, а приехали в Ленинград из провинций, так же как когда-то приехали в Москву Лида, Вера и настоящая Даша…