— Ты всегда так говоришь, — возмутилась Милана. — У тебя внутри шоколадная яма.

Я стояла у плиты, смотрела на них и улыбалась. Не той улыбкой, которую натягивают, чтобы

дети не заметили беду. Настоящей. Утренней. Немного сонной, немного уставшей, но живой.

За этот год многое изменилось. Развод с Артёмом оформили спокойно, насколько это вообще

возможно, когда один человек до последнего считает себя обиженным, а второй уже не хочет

спорить. Он пытался качать права, обижаться, писать длинные сообщения, внезапно становиться

нежным, потом снова злиться. Потом устал. Или понял, что прежняя Варя, которую можно было

продавить словами про семью, больше не возвращается.

С детьми он виделся. По договорённости. Без внезапных приездов к подъезду, без разговоров

через Егора и Милану, без попыток сделать из них маленьких посредников. Не сразу. Сначала

были срывы, обиды, разговоры у дверей, его фразы про то, что я лишаю детей отца. Но потом

Егор однажды сам сказал ему:

— Пап, не надо про маму. Я к тебе пришёл, а не на разбор.

После этого Артём стал тише.

Работу он нашёл через три месяца. Не такую громкую, не такую статусную, без больших

кабинетов и командировок, где можно прикрываться срочными встречами. Иногда я видела его у

школы. Он похудел, стал резче в лице, словно всё время спорил с кем-то внутри себя. Соня в

его жизни не задержалась. Лиза принесла новость, как всегда, с выражением древнего

летописца:

— Орлова ушла к владельцу рекламного агентства. Видимо, у неё карьерный путь через мужчин

просто по прямой идёт.

Я не стала радоваться. Правда. В тот день я уже была слишком далеко от их истории. Не

простила, нет. Прощение мне больше не казалось обязательным билетом в счастливую жизнь.

Просто перестала носить их рядом с собой каждый день.

Моя жизнь стала плотной.

После открытия клиентского центра Ратников предложил мне возглавить новое направление

внутри холдинга — клиентские мероприятия и семейные форматы продаж. Не праздник ради

ленточки и фуршета, а нормальные события для людей: открытия офисов, дни дворов, встречи

будущих жильцов, детские программы, презентации без скучных речей. Я сама собирала команду.

Тимура забрала к себе из маркетинга, потому что он работал без истерики и умел читать макеты

с первого раза. Лиза тоже перешла ко мне через два месяца, сказав:

— Я хочу в отдел, где начальница однажды вылезла из торта и всё равно получила повышение.

Тут точно скучно не будет.

Скучно не было.

Мы запускали новые площадки, спорили с подрядчиками, писали сценарии, тестировали мебель,

ругались из-за навигации, таскали коробки, смеялись в переговорных и иногда ели обед в