Через полчаса положение стало критическим. Но аз Кантар пока не спешил бросать в бой резервное войско всадников, которое до поры скрывалось за холмом. С минуты на минуту он ждал подхода свежих сил из трёх приграничных гарнизонов.

Наблюдая, как гибнут люди, я не мог спокойно усидеть на фалдаре. У меня самого зачесались руки, когда я вспомнил унижения, которым подвергся со стороны серокожих аборигенов. Захотелось взять в руки меч и броситься в гущу сражения. Но я понимал, что это глупо. От моей помощи толку будет мало, а героическая смерть учёного-творца здесь никому не нужна.

Прошло ещё некоторое время, и на горизонте по обеим сторонам от Поунса появилась долгожданная подмога. Семь тысяч воинов могли оказать хорошую поддержку основной армии Седламского государства. Кроме того, тяжёлые ворота осаждённого города внезапно распахнулись, и оттуда хлынул дополнительный поток воинов численностью не менее полутора тысяч человек.

Заметив новую опасность, идущую с тыла, задние ряды дикарей успели развернуться и образовать линию обороны. Хоть и небольшие, но свежие войска подкрепления вместе с воинами из Поунса сходу бросились в атаку. Таким образом, огромная масса друндалов оказалась зажата в тиски с двух сторон.

Теперь численность двух армий была примерно одинакова. Но дикари при этом попали в сложное положение. Свободными для них оставались только фланги, да и то ненадолго.

Ожесточённая битва с переменным успехом продолжалось около двух часов. Заметного перевеса на чьей-либо стороне пока не наблюдалось, хотя манипулы тяжеловооружённых седламских воинов продолжали расчленять войска врагов, а лёгкая пехота активно сражалась с отдельными группами дикарей.

С возвышенности, на которой стояли мы с Рене, отлично просматривалось всё ратное поле. Войска были видны, как на ладони. Растянутую серую массу друндалов окружал широкий разноцветный ореол из наших воинов. Крики атакующих, вопли раненых и звон оружия слились в единый шум битвы. Это был хаос кровавого сражения, в котором победу могла одержать только одна сторона. Однако в распоряжении Седламской армии оставались ещё две тысячи всадников, способные повлиять на исход боя.

Спустя полчаса, значительная часть дикарей усиленным натиском неожиданно прорвала центральные ряды седламских воинов. Одновременно с правого фланга стали выдвигаться другие отряды врагов. Судя по их манёврам, они намеревались окружить и разбить несколько крупных подразделений наших войск. Чтобы этого не допустить, нужно было принимать срочные меры для контратаки.