Стоя надо мной, противник громко расхохотался и поднял клинок, собираясь вонзить в мою грудь. На какое-то мгновение я опередил убийцу и резко повернулся в сторону собственного оружия. Меч Пронга, вопреки его ожиданиям, лишь распорол одежду на моём боку и воткнулся глубоко в мягкую почву.

Почувствовав боль в рёбрах с правой стороны, я все же дотянулся до оружия. Схватив рукоять меча, я тут же развернулся и рубанул склонившегося бандита по шее. Смертельное лезвие со свистом рассекло воздух и легко снесло голову противника. Слетев с плеч, она упала в метре от Пронга. Мёртвое тело, разбрызгивая кровь, хлещущую из артерий, мешком рухнуло на землю рядом, несколько раз судорожно дернулось и замерло.

В ту же секунду со стороны воинов послышались радостные крики и возгласы, сопровождаемые бряцаньем оружия, что означало высшую степень почёта и уважения.

Выдохнув застрявший в груди воздух, я немного приподнялся и взглянул на Рене. Он убрал руку от лица, которой прикрывал глаза, чтобы не видеть моей гибели, и теперь смотрел на меня со смешанными чувствами удивления и гордости.

Ухмыльнувшись, я поднял за волосы голову побеждённого убийцы и заглянул в его стекленеющие глаза. Потом тихо произнес:

— Ну что, Пронг-рубака, ты всё-таки проиграл. Падалью стал не я, а ты. И этим я отомстил за всех, кого ты убил…

Отбросив голову бандита в ближайший костёр, я без сил повалился на землю и потерял сознание.

Очнулся я от незначительного шума и отрывистых фраз седламских воинов, которые казались одновременно далёкими и оглушительными. Открыв глаза, я понял, что лежу в палатке, внутрь которой через приоткрытый вход пробивается яркий дневной свет.

Я попытался привстать, и сразу почувствовал жгучую боль в рёбрах, будто меня подцепили за них острым крюком. Голова трещала и слегка кружилась. Кажется, у меня была температура. Перед мысленным взором пронеслись сцены ночного поединка и тяжёлая победа над Пронгом. Значит, это был не кошмарный сон, как я подумал в первый момент.

Из-за перевязочного материала, стягивающего грудь, дышать было трудновато, но это была необходимая мера. Скорее всего, меч бандита, кроме одежды и кожи, порезал еще и рёбра.

Стараясь не делать резких движений, я осторожно выбрался из палатки и огляделся по сторонам. На месте смертельного боя виднелись высохшие пятна крови. Голова и тело бандита отсутствовали. По всей видимости, их уже куда-то выбросили на съедение падальщикам, как положено делать с казнёнными преступниками.

В настоящий момент часть воинов нашего отряда собирали палатки и снаряжение. Другие, в том числе Рене и Канак, возились с фалдарами. Я заметил, что шесть ездовых животных лежат без движения. Похоже, они были мертвы.