Майор Стабел иронически усмехнулся, пожелал мне удачи и прервал связь.

С этого момента в солнечной системе меня больше ни что не задерживало, и я перевёл ускорители маршевых двигателей с обычного режима на мезонный форсаж. Это был предельно допустимый режим ускорения, который мог выдержать человеческий организм с учётом работы инерциальных компенсаторов.

Разгон до субсветовой скорости должен был занять у яхты не меньше одной недели. Затем меня ждали короткие гиперпространственные прыжки и семидневное торможение в звёздной системе Огремуса.

Следующие пять дней, пока «Звездная акула» летела к границе Солнечной системы, я провел в полнейшем бездельи. Для меня это было, хоть и нудным, но все-таки отдыхом за предыдущие месяцы работы. В эти дни я, в основном, ел, спал, смотрел интерактивные видеофильмы прошлых столетий и погружался в виртуальную реальность для общения с друзьями. Кроме того, я изучил всё, что касалось интересующей меня планеты Фриолы. Судя по видеозаписям туристических достопримечательностей и охотничьих угодий, которые выдавал голографический экран компьютера, этот малонаселённый мир действительно заслуживал моего внимания.

К тому времени, когда я достиг пояса Койпера, скорость космояхты приблизилась к трём четвертям скорости света и продолжала постепенно увеличиваться. По счастью, не встретив на этом участке пути ни одного рейдера отщепенцев или шального космического объекта, я вскоре пересёк опасную зону и вышел за пределы родной системы.

Глядя на обзорный стереоэкран, усыпанный яркими звёздами в черноте космоса, я почувствовал себя совершенно свободным. Только здесь, в межзвёздном пространстве, я мог по-настоящему ощущать себя гражданином Земной Федерации и всей галактики. Это было великолепно!

Подготовка к первому гипердрайву началась, когда «Звёздная акула» достигла максимальной субсветовой скорости, и уже не могла лететь быстрее. Просто не хватало энергии для дальнейшего ускорения. Однако в любой стене физического закона при желании можно найти свою лазейку или обходной путь.

Генератор поля аннигиляции или, так называемый, гиперпространственный генератор был единственным на сегодняшний день эффективным средством преодоления существующего барьера скорости, да и то, не стандартным способом. Создаваемый генератором поток античастиц обтекал корпус корабля со всех сторон и сжигал космическое пространство на уровне элементарных частиц с помощью реакции аннигиляции, образуя энергетический кокон со свойствами физического вакуума. Благодаря этому, любой космолёт мог превысить скорость света за счёт внешнего источника энергии и увеличения собственной массы. Сильнейшее искривление пространства позволяло совершить так называемый гиперпрыжок.