Кстати, мне понадобится твоя помощь. Я посоветовал Алерту поменять витражи на зеркальные стекла. Наверно, я поспешил с таким новшеством для этого мира, но… Я надеюсь, ты поможешь мне их сделать⁈

— Хочу тебе напомнить, Сандр-Лесонт, что я биохимик, а не стекольщик. Но раз уж ты пообещал это кариону, придется научить дворцовых мастеров делать подобные стёкла. Хотя, это будет совсем не просто…

Насколько я помню, они имеют металлическое напыление на одной из сторон. Напыление наносится в процессе изготовления стекла с помощью пиролитического метода и вплавляется в стекло при воздействии высокой температуры.

— Совершенно верно. Это старинный способ производства такого типа стекла. Но я знаю, как упростить его в здешних условиях. От тебя потребуется только мельчайшая пыль нескольких металлов и свободный азот.

— Металлическую пыль получить не очень трудно. А, вот, с инертным азотом придётся повозиться.

— Отлично, — кивнул я, отставляя пустой бокал на круглый столик, — А сейчас давай во что-нибудь сыграем. Помнишь, в карионском дворце ты обещал научить меня играть в рацидорские карты.

Ну, если обещал, значит, научу, — ответил Рене и позвонил в колокольчик, подзывая управляющего, сидевшего в соседней беседке.

Выслушав пожелание хозяина, Орчес уже через минуту принёс из дома небольшую серебряную коробочку с картами. От земного вида они отличались только тем, что вместо цифр от шестерки до десятки, на них были изображены люди, от простого воина до главного военачальника. Кроме того, рацидорские карты имели пять мастей, раскрашенных в пять карионских цветов.

— Эту колоду карт придумал один из моих старых друзей, который ещё на Земле любил азартные игры, — сказал Рене, когда управляющий ушёл. — Но у них есть свои особенности в правилах, которые никогда не меняются. Например, независимо от типа игры, из колоды игрокам всегда раздается по пять карт. А козырной мастью считаются только золотые карты…

Впрочем, рассказывать тебе сразу все особенности нет смысла. В карты надо играть, а не болтать о них. Так что давай начнём с «Последней жертвы».

Он принялся тасовать колоду с ловкостью старого фокусника.

Игра, которую предложил мой друг, по смыслу очень напоминала обычного «Подкидного дурака». В первой же партии я начал понимать, что проигрываю. Поэтому решил немного отвлечь Рене и, как бы невзначай, спросил:

— Когда же всё-таки вернётся твоя дочь? И почему бы не послать за ней слугу?

— Тебе что, уже не терпится её увидеть? — усмехнулся Рене. — Не волнуйся, она скоро появится. Ещё вчера я отправил за ней посыльного.