— А я-то надеялся…

— Ты о чём, парень? — Переспросил Рене, когда мы вышли на городскую площадь.

— Да так, ни о чём. Мысли вслух.

Алман до сих пор не знал, какие чувства я испытываю к его дочери, и насколько они сильны. Я надеялся, что именно сегодня мне удастся поговорить с Троей о наших отношениях и, наконец-то, признаться ей в любви. Но рассказывать об этом моему другу и потенциальному тестю раньше времени не хотелось.

Встретив по пути несколько человек, также торопившихся на совещание, мы прошли во дворец в сопровождении двух стражников и поднялись на второй этаж в большой зал. В его центре находился длинный стол, накрытый красной тканью с узорчатой вышивкой по краям. На высоких стульях из чёрного дерева уже сидели два десятка людей в одежде военных начальников и учёных-творцов. Они оживлённо обсуждали нападение друндалов.

Минут через десять почти все стулья оказались заняты. Только после этого в помещение вошёл карион Алерт. Остальные тут же встали и почтительно поклонились, дожидаясь, пока верховный правитель сядет первым.

Когда с церемонией было покончено, и в зале повисла тишина, Алерт медленно произнёс:

— Господа, вы уже знаете, что случилось на южной границе нашего государства. На нас напали друндалы, которые в данный момент осаждают или штурмуют город Поунс. Его жителям нужна срочная военная помощь.

Именно для этого я и созвал вас на внеочередное совещание по вопросам обороны. Если дикарей вовремя не остановить, пострадать может не только Поунс, но и другие приграничные города, не говоря уже про деревни. Поэтому нам нужно незамедлительно собрать войска.

Первым делом я хотел бы услышать отчёт о численности и боеспособности нашей армии, а также срок, за который её можно будет выдвинуть против друндалов.

По правую руку от кариона встал высокий человек преклонного возраста с длинной чёлкой, прикрывавшей шрам на лбу. В холодном взгляде его чёрных глубоко посаженных глаз читалась первобытная сила и воля к победе любой ценой. Это был старый вояка, прошедший не одно кровопролитное сражение. Его звали кантар. Он являлся главным военачальником Седлама.

Выпрямившись, он с некоторой гордостью произнёс:

— В данный момент мы располагаем пятнадцатитысячной армией, состоящей из семи тысяч легковооруженных воинов, трёх тысяч тяжеловооружённых, а также трёх тысяч лучников и двух тысяч всадников. Войска находятся в полной боевой готовности и могут выступить в поход по первому вашему приказу в течение одного дня.

Дополнительные силы из ближайших городов общей численностью не менее двадцати пяти тысяч воинов с учётом пешего перехода можно собрать за несколько суток.