— Просто, он не любит незваных гостей. А у нас к нему очень важное дело по поручению седламского кариона Алерта. Незнакомца, вроде тебя, он может не пустить в свой дом. У него есть свои странности.

— А как же твой лже-Тирос?

— С таэцзаром проблем не будет. Он может остаться на «дирижабле», притворившись нашим слугой.

— Так ведь, и я могу прикинуться слугой и остаться на воздушном корабле, пока вы с Ларкусом не решите все свои вопросы!

— Нет, не можешь, — покачал я головой. — Это секретное задание государственной важности…

— Ты опять мне врёшь! — неожиданно резко выкрикнул Канак. — Какие к шруху секреты?

Вы с Ларкусом всё время мне врёте и думаете, что я этого не замечаю. Все ваши шепотки, намёки, увёртки… Я же не лапур какой! Всё вижу и понимаю. Вы что-то от меня скрываете. Причём, давно!..

Прежде, чем я успел опомниться, он попытался схватить меня рукой за горло, или за ворот рубахи. Я рефлекторно увернулся, перехватывая его запястье. Потом присел и, развернувшись, перекинул через плечо, проводя классический приём единоборства. Мне не хотелось причинять ему боль, но падение здоровяка на дощатый пол было громким и чувствительным. Однако, его это лишь раззадорило.

Вскочив на ноги, вандарсиец с руганью вновь бросился ко мне, намереваясь, то ли поймать, то ли ударить. Я снова уклонился, успев крикнуть:

— Стой, Канак! Ты сошёл с ума!..

— Нет, Лесонт, это ты пытаешься мне голову задурить, — сквозь зубы возразил он и, раскинув руки, пошёл в мою сторону. — Хватит лить мне в уши всякую чушь!

Некоторое время я успешно избегал его хватки, пытаясь вразумить, но вандарсиец практически ничего не слышал. Он был зациклен на каких-то своих мыслях. И ему непременно нужно было меня поймать.

Наконец, он загнал меня в угол трюма, схватил за рубашку и пару раз сильно тряхнул, едва не порвав ткань.

— А ну, признавайся, кто залез в ваши с Ларкусом мозги и крутит ими? Аор, или какая-то другая тварь, о которой я не знаю? Говори, шрух тебя выдери!..

Клацая зубами при каждом новом встряхивании, я всё-таки справился с первоначальным шоком. Затем провёл несложный приём, который позволил мне освободиться от хватки здоровяка и выкрутить его руку за спину.

— Успокойся, Канак, никто в наши мозги не лез, — быстро сказал я, удерживая вандарсийца от попыток вырваться и надавать мне по рёбрам. — Но ты прав в одном. Мы с Ларкусом действительно тебе врали, потому что ты не сможешь понять наши объяснения.

— Почему не смогу? — вскрикнул Канак от возмущения и боли в руке, продолжая сопротивляться. — Я что, лапур какой, или друндал?