Хм-м, играет неплохо…

— Пожалуй, лучше, чем ты, — в унисон моим мыслям говорит Камбурская, садясь рядом.

Хмыкаю:

— На таком инструменте я сам сыграю лучше, чем я.

У Валеры аппарат классом выше, наверняка дороже раз в пять.

— Так купил бы…

— Нафига? Я ж говорю, я — не профи, мне такой нарядный инструмент ни к чему.

Молчим, слушаем музыку. Борюсь с приступом ревности, когда исполняют моё. С непроизвольным напряжением вслушиваюсь в каждую ноту саксофона. И не могу выделить главного в смеси одолевающих меня чувств. Кроме тяжёлой ревности собственника нарастает тщеславная гордость автора и примешивается придирчивость экзаменатора.

Валера поступает очень правильно. По исполнении спрыгивает со сцены, подходит:

— Виктор, как тебе? Замечания будут?

Арнольд, вижу, косится, делая вид, что ему всё равно.

— Вот в этом месте, — напеваю фразу, выделяя нужное место, — чуть-чуть ниже. Прямо вот, чтобы почти незаметно было.

Немедленно отходит чуток поодаль, исполняет отрывок. Показываю большой палец, киваю. Успокоенный музыкант уходит на сцену, а я чувствую, что меня отпускает. Только авторское самолюбие мурлычет.

— Вить, а что ты там говорил насчёт песен для меня? — бросает Камбурская абсолютно небрежным тоном, но уж больно много её, этой небрежности.

Бинго! Зацепило! Но лицом ничего не показываю, начинаю объяснять:

— Есть несколько песенок, две — точно, может, три будет. Там не без сложностей, пишутся в соавторстве. Текст мой, музыка — нет. На музыкальное сочинительство меня редко пробивает. Соавтор заграничный, песни на английском языке…

Камбурская слегка чумеет.

— Короче, мы с соавтором разделили сферы влияния. В России права на песни будут у меня, во всём остальном мире — у неё.

— «У неё»?

— Да, это женщина. Как раз в шоу-бизнесе работает, ей сподручно этим заниматься. Отдельно могу оговорить, что даже заграницей лично у тебя будет право исполнять эти песенки.

— А твоя соавторша тебя не обула?

— Настя, это моё дело, не твоё. У нас отношения с особенностями, — жёстко, пожалуй, надо смягчить. — Ладно, скажу. Она моя очень дальняя родственница. Двоюродная прабабка вышла замуж за нерусского, уехала за границу. Соавторша — её внучка. Получается, с частичкой русской крови.

— И за кого она замуж вышла? — Камбурская не удерживается от приступа любопытства.

— Насть, это семейное, тебе знать ни к чему. И так много рассказал.

— А она не может…

— Нет, не может.

Всегда так. Вовремя не осадишь, потом хрен с шеи скинешь.

— Есть условия, Настя. У меня, — гляжу с ожиданием. Готова слушать? Можно продолжать. — В нашем университетском ансамбле нет солиста. Поэтому моим главным условием будет твоё участие в университетских концертах.