Майк склонился над Натой и сунул ей в лицо фонарь:
— Will you be an obedient girl or you want to continue dying slowly? (Будешь послушной девочкой или хочешь и дальше медленно подыхать?)
Ната захрипела.
— Well, let's say it's the agreement! — (Ну, будем считать это согласием!) хохотнул тот, которого звали Джо. С этими словами он вытащил шприц и воткнул Нате прямо в ее зияющую рану.
Она дернулась и застонала.
Четверка нападавших весело заржала.
— She definitely likes it! — прокомментировал тот, что стоял у двери. (Ей это нравится!)
Сквозь наползающую пелену Ваня видел, как индикатор здоровья Наты стал медленно желтеть. Вот ее взгляд стал более осознанным. Ногти перестали беспомощно царапать паркет, руки поползли по полу, отыскивая правильное положение.
Джо схватил ее за волосы и заглянул ей в лицо:
— Are you really lesbi? Yea… I see… Girl you’ll become a woman soon… — нарочито пропел он. (Ты действительно лесби? Да… Вижу… Детка, скоро ты станешь настоящей женщиной!)
Его приятели прыснули.
Пальцы Наты за скользили по воображаемым клавишам. Аккорд. Еще аккорд. И еще…
Ваня зажмурился.
Три… Два… Один… Ничего…
Из последних сил Ваня открыл глаза.
Джо и его приятель протащили Нату по полу и стали срывать с нее одежду.
Отчаянно вытянув руки, она снова и снова колотила пальцами по полу, пытаясь оживить беззвучные ноты.
«Alle Menschen werden Brüder…» (Люди братья меж собой…) — прошептал Ваня окровавленными губами.
Ната подняла голову и с вызовом посмотрела в глаза врагу.
Раздался невообразимый грохот. Материализовавшийся под потолком рояль с неестественным ускорением грохнулся на головы насильников, издав оглушительный звон, от которого заложило уши, а перед глазами пошли круги. Деревянные обломки разлетелись по комнате, но Ваня уже не видел их, лишь ощутил всем телом капли деревянного дождя.
Голова гудела, как пустая бочка, по которой кто-то долго колотил палкой. Очень долго Ваня не мог различить практически ничего. Вдруг сквозь навалившуюся темноту он ощутил укол в правое плечо, а вслед за тем острую боль и пустоту в груди, в том месте, где только что торчал нож.
Чувства медленно возвращались. Он наконец сумел разглядеть, что творится вокруг. Рядом стояла Ната. Вместо одежды на ней висели какие-то лохмотья, сквозь которые проглядывало нагое израненное тело. Она с тревогой смотрела на него.
— Ты как? — прошептала она с беспокойством.
— Нормально.
Ваня нашел в себе силы сесть и оглядеть комнату. Кругом был хаос. Черные лакированные щепки, толстые стальные струны, куски штукатурки, вывалившиеся клавиши — все горой возвышалось в центре спальни.