Голованов заметно скривился. Видимо, ожидал услышать нечто совсем иное.

— Но ведь жили вы при капитализме все равно лучше? Мне рассказывали про огромные магазины, забитые товарами склады. Люди могли красиво одеваться, хорошо питаться, выезжать куда хотят.

— Так прогресс идет безостановочно. Не факт, что при сохранившемся Союзе мы не стали бы жить еще лучше.

— При совке всегда будет дефицит. Вы же сами сейчас в очереди за колбасой стоите.

— Извините, я не ем колбасу, предпочитаю морепродукты. В вашем же придуманном будущем в России в среднем стали меньше потреблять мяса, а больше хлебопродуктов. Нет у людей попросту денег на мясо и колбасу. Поднимите и здесь цены до уровня колхозного рынка — ваша любимая колбаса будет лежать на прилавках свободно.

Голованов мрачно зыркнул, но крыть ему сейчас было нечем. Сам же попал в расставленные «рыночные» ножницы.

— Ладно, оставим эту тему экономистам. Вот скажите тогда, чего вам в том мире не хватало? Все же было! Только зарабатывай и плати! Вам не кажется, что это на самом деле честно?

— Чего не хватало? — не сказать чтобы Степан был удивлен. В институтской курилке, да и кулуарах МГУ он уже не раз отвечал на похожие вопросы. Просто не ожидал услышать подобный бред от высокопоставленного и образованного журналиста. Вряд ли он подослан к нему органами. Может, это и проверка, но точно не от них. — Спокойных улиц, по которым можно без страха прогуляться вечером. Жизни без бандитов, террористов, наркодилеров. Чтобы правоохранительные органы охраняли народ, а не власть. Чтобы не собирали деньги детям на лечение, а за них платило государство, которое берет с нас налоги.

В глазах столичной знаменитости мелькнуло недоумение. Черт возьми, он искренне не понимал, что такое пропитанное криминалом общество. Поистине дитя тихого «застойного» времени!

— За все надо платить! В том числе и за социальные перемены.

— Слушай, мы что, просили это за нас делать? Если бы при тебе эти перемены шли беспрестанно тридцать лет, ты точно озверел. Так что перед тем, как задавать умные вопросы, изучите сначала материал.

Разговор в итоге у них не получился. Голованов деланно обиделся и отошел в сторону. Видимо, привык, что в этом мире все двери ему открываются. Такое уж громкое название имела его газета.

Степан после такого странного интервью ни к кому больше подходить не пожелал и встал в сторонке. Хотелось сначала оглядеться и передохнуть. Он не привык «вращаться в свете», но из-за работы жены с новым положением придется свыкнуться. На него время от времени оглядывались, но, видимо, в этом обществе не было принято навязываться, что Степану понравилось. Он боялся, что к нему опять пристанет с дурацкими вопросами очередной светский хлыщ. Напрягать же голову и портить нервы сейчас вовсе не хотелось.