Истомин поднял стакан с коньяком, прищуривая глаз на янтарного цвета напиток.

— Странная жидкость, раньше казалось, что она несет облегчение.

— Сидел на кочерге?

— Было такое, как с войны пришел. Даже вещества всякие нехорошие потреблял. Потом по контракту поехал в девяносто девятом туда же и, знаешь, как отрезало. Писать начал, блог вести. Ну ты в курсе. Вздрогнем?

— Понимаешь как эта песня пошла, так и накрыло с головой. Ведь это же на самом деле реквием по нашей мечте, как будто твое детство дерьмом обмазали. Не прощу…

Снайпер сузил глаза, верно, сейчас целился в кого-то, уперевшись взором в стену. Перехвативший случайно его взгляд местный выпивоха тут же перешел от греха подальше на другой конец пирожковой. По его спине пробежал мерзкий озноб. Хотя в прошлое у бывшего зэка и у самого было непростым, но черт побери, кто этот странный и хорошо упакованный парень? С таким в темном переулке лучше не пересекаться. Настоящего душегуба видать за версту.

— Понимаю. Меня также иногда вштыривает от на первый взгляд простейших вещей.

— Да дело не только в этом, Игорь. Черт бы с ними, с этими переживаниями. Просто я сейчас воочию почти каждый день вижу тех, кто нас потом предаст, мечту нашу похерит. Вот они — живут вокруг нас. И не какие-то фантастические злодеи, а совершенно заурядные людишки. Работяги, что тяп-ляп тротуар мостят или с завода, что плохо лежит, тырят; повара, тащащие полные сумки жратвы домой; спекулянты, зарабатывающие на созданном ими же дефиците. Все эти заурядные обыватели, жлобье, думающее только о собственной выгоде.

Это ведь они потом с диким улюлюканьем будут толкать нас в общество потребления. После сидеть на кухнях и проклинать таких же, но более успешных рвачей. Гнили уже и в эти годы полно, что же будет дальше? Как моих ребят уберечь от их разлагающего дурного воздействия? Ну а те, кто властью обречен, думаешь, лучше? Придурки полнейшие в предпочтительном случае. Карьеристы, случайные люди, прохиндеи и лентяи. Да еще службисты, которые не хотят сами меняться и другим не дают, не особо лучше.

— Что? — Дивов с прищуром глянул на товарища. — Тебя таскали на Литейный?

— Ну да. Вы не так поняли, товарищ, мы же работаем, товарищ. Нам надо реагировать на сигналы. Это они типа так про анонимки рассуждают. Какие в задницу анонимки! Они же отлично знают кто и кому эти бумажки писал. Сами пишут, сами расследуют. Чики-пуки! Палки ставятся. Звезды на погоны получаются! Так после этого какие они мне к черту товарищи! Так и сказал.

— И? — московский гость с интересом уставился на Николая. Он бы сам так смело не смог поступить.