«Есть два стула, — пронеслось у него в голове, когда он то налево, то направо посматривал по сторонам, продвигаясь к застеклённому окошку регистрации. — На какой сам сядешь, на какой Марысю посадишь?» Помимо самого Жеки народа было немного: блёклая девица, крашенная под блондинку, тяжёлым, немигающим взглядом вперилась в экран своего смартфона, что-то в нём изучая; женщина предпенсионного возраста, прикрыв глаза, задремала, сидя на стуле; да уже пенсионер по виду суетливо перебирал документы и бумаги в пластиковом файле, словно боясь что-то потерять…

— Паспорт, ИНН, СНИЛС, военный, — не глядя на Жеку, дежурно оттарабанила женщина в регистратуре, быстро, отточенными ударами по клавиатуре переписала данные, вытащила из принтера бланк и толкнула его через окошко. — Пятый кабинет…

— И чего ты от нас хочешь? — Специалист центра занятости в пятом кабинете, выслушав Жеку, неподдельно удивилась. — Я тебе сейчас бегунок дам. Если не в РЖД, так в администрации с руками оторвут как оператора ПК. На учёт точно не получится встать и пособие оформить.

— Да не надо мне пособие, — запротестовал Жека. — Сами поймите, сорок тысяч в месяц — это же смешно! Мне бы по специальности чего и чтоб выжить можно было!

— Это до вычета налогов, — поправила собеседница. — Мне вот… не смешно! И выживаю! Ну нет у нас для тебя вакансий. «Хедхантер» посмотри. Надо же догадаться — на биржу труда прийти. Плакаты видел в коридоре? Пособие оформляют только если мобилизации не подлежишь и для агрогородка признают негодным. Или специалист редкий… Регистрировать тебя, Николаев Евгений Александрович?

Пальцы её замерли над клавиатурой, и Жека поспешно отказался:

— Нет-нет! Спасибо, извините за отнятое время…

— До свидания… — Потеряв к нему интерес, она махнула рукой в сторону выхода.

Особо не разочарованный — нечто подобное он и ожидал, — но уже один пунктик из намеченного плана вычеркнут. Жека вышел на улицу, подошёл к велосипеду и, машинально потянувшись в карман за сигаретами, обратил внимание на ошивающихся у остановки двух пацанов лет двадцати, искоса за ним наблюдающих. «Ага, а вот хуй вам, не курю я! Блок „Явы золотой“ — три косаря. Быстрей бы табак свой сделать, в этом году побольше выросло, до лета может хватить. Если таких вот „стрелков“ избегать…»

Вместо сигарет вытащил из кармана ключ от велосипедного замка, освободил велик, замок — в рюкзак и, налегая на педали, поехал в горку. Обратно пришлось попыхтеть чуть ли не все пятнадцать минут, хорошо, что не жарко. Выехав на свой проспект Гагарина, где дорога выровнялась, Жека прибавил ходу и через пару минут заруливал на мини-рынок. Протиснулся с великом к прилавку Гриши. Тот улыбнулся: