Дома встретили девчонки, уже успокоившиеся, на кухне сидели, чаи гоняли. Мишка и Марыся тут же, Света хоть и с покрасневшими глазами, бледная, но видно — взяла себя в руки. Порывались его накормить, еле объяснил, что только что наелся от пуза, чаю попил за компанию. Сказал, чтоб завтра шли к Грише и одевались, обе-две и пацана на зиму одели.
— Деньги есть, сейчас дам, Нась. Света, ты не гони, разберёмся, чо ты начинаешь. Должны выплату назначить, хоть что-то, опять же потеря кормильца. Я по своим канала помогу, если что, прорвемся, не ревите только. Я поработаю маленько сейчас и спать, это вы завтра принаряжаться, а мне на сутки…
— Да я знаю где они, — улыбнулась Настя, — Марыся днём твою заначку распотрошила…
— Ну и хорошо, возьми, не знаю, сто-сто двадцать, хватит одеться вам? Отлично, не отвлекайте тогда пока…
Первым делом отчистил и отмыл спиртом с жесткого приметных бурундуков, затем вскрыл, вооружился лупой. Сам не знал, что им двигало, скорей всего — соскучился по настоящей работе. И наклейка покоя не давала, казалось, что этот диск со своей, загадочной историей. А хозяин, с большей долей вероятности — уже мертв.
Разлепил головы, в своем хламе нашел другой хард, тоже неживой — поменял. Прошелся чекдиском: динамический, четыре раздела, на третьем МФТ побита, потери будут. На остальных тоже куча папок found000, поставил на вычитку, как раз после смены послезавтра приедет, отоспится и посмотрит, что получится вытащить. Настю, главное, предупредить, чтоб комп не трогала. Она и так не лазит, флешек вон куча на телеке смотреть, но на всякий случай.
«Сегодня в Настиной комнате спать будем», — решил Жека, убирая рабочее место, — «там хоть двери есть, по ходу — надо от работы в техотделе тоже отмазываться, никакой личной жизни и продыха…»
Глава 21
21.
'…Твои глаза засыпает снег,
Осколок бутылки стремится припасть к живительным венам,
Сквозь пасти оконных проемов зима начинает последний разбег —
И навсегда уходит октябрь, выступая штрихами крови на стенах…
…И люди придумают водку, напалм и носители атомных бомб,
Чтоб нам с тобой легче жилось в поминутном твоем измереньи,
Когда, наконец, мы выйдем на свет из бетонного льда катакомб —
И вместе уйдем навсегда, обменяв свою жизнь на прощенье…'
Новолуние «Последнее октября»
Жека прихлёбывал кофе, сваренный Светой, и недобро посматривал на обведенное черным маркером четырнадцатое октября в календаре: «Ничо нельзя планировать, только расписал смены — Карась ещё работы взвалил, хоть всё перечеркивай. Ещё и воскресенье сегодня, следующие сутки восемнадцатого, в четверг…» Девчонки сидели тут же, вот не лень им вставать, Мишаня вон дрыхнет и горя не знает. Но грело душу — кофе сварили, овсянка доходит на плите, яйцо вкрутую к нему, всё как любит…