Глава 5
5.
'Раскрой же зонт,
Надвинь свой серый капюшон
И подойди поближе,
Я слегка продрог.
Какой смешной сегодня день,
И в нём я сам себе смешон,
Но это лучше,
Чем быть жалким, как листок.
Года, что дым, ещё один,
А мы все ждём, пока живём,
И как ни странно
Мы по-прежнему вдвоём…'
В. Кузьмин
Вчера намеренно не ставил будильник, планируя выспаться. Почти получилось, утреннюю суету соседей в подъезде, спешащих на работу, не слышал, благополучно продрых часов до девяти. А потом пришла Марыся, принялась топтать с мурчанием. Несколько раз отпихнул её в сторону: «Имей совесть, чмо домашневое!» Она было успокоилась, но ненадолго — в следующий раз Жека проснулся уже оттого, что она притащила своего любимого тряпичного карася к нему под бок и начала его трепать нещадно, взрыкивая. Естественно, из этого комка ярости и гнева, с клыками и когтями, доставалось и Жеке, одеяло было слабой защитой. Пришлось просыпаться…
— Никаких у тебя понятий, скотинка, о правилах социального общежития!
Выговаривал хозяин, накладывая утреннюю порцию влажного корма в латку и меняя воду. Марыся, в нетерпении нарезавшая круги, от такого навета остановилась, села на задние лапы и смерила Жеку презрительным взглядом. Только кошки так умеют, сидя на полу — смотреть на человека сверху вниз. Он смутился, а память услужливо подкидывала факты о ней, делающие его обвинение несостоятельным: никогда не бесилась, когда он ложился спать (но вот долго поспать не давала, проверяя, а то и радикально поднимая с постели), не орала, подобно другим кошкам, выпрашивая еду.
Жека понял, что перегнул в моменте, но недовольство тем, что она не дала сегодня выспаться — оставалось. Припомнил:
— И шкаф ты в ванной весной уронила! Чудом ничего не разбилось, минут сорок прибирался!
Марыся лишь фыркнула, как бы говоря:
— А я сколько раз наблюдала, как ты сам себя ронял? В своем глазу бревна не видишь…
Жека сдался, достал с полки баночку с вкусняшками «Дримис» с лососем и выдал ей двойную порцию на сегодня, причем вне графика, с самого утра. Нагнулся, потрепал за ухом и примирительно сказал:
— Ну ладно, мир, мини-манипуляторша…
Больше получаса уделил зарядке — запустил тушку за несколько лет работы в удаленке. Надо наверстывать, сейчас по лесам дежурить, да и угроза подполковника Карасёва занозой засела в голове, так что Жека выложился по полной, вспотев и тяжело задышав. На морально-волевых последний раз отжался от пола, растянулся и полежал немного, потом на кухню, пора самому перекусить. Марыся, с чувством выполненного долга, свернулась клубком на лежанке когтеточки и не подавала признаков жизни, только что не похрапывала…