— Так, Ильяс, ты сразу мимо, на завод ведь сегодня ещё? Ну вот, свободен до следующей смены, не знаю где и как, но работать будем. Парни, как вы поняли, в городе бардак. В стране, боюсь, ещё больше. На патриотизм давить не буду, я сейчас чистить оружие и спать, вечером, часам к девяти, сюда собираюсь, добровольцы нужны. Не неволю, если не можете, пойму. Вопросов не будет…
— Да чо там, — подал голос Кузьмич. — я за любой кипиш, Галям, в деле!
— Тоже свободен, — Жека в добровольцы не рвался, но и сказать сейчас Галяму, с которым дежурил сутки, делившемуся с ним водой, что он всё это вертел на причинном месте, язык не повернулся. Фраза карася про «чистеньким хочешь остаться?», вспомнилась. Откашлялся и сказал громче: — Я с вами, старший сержант!
— Спасибо, пацаны! — Галям повернулся, чтоб взглянуть на Жеку и Кузьмича, ещё раз повторил: — Спасибо! Связь сотовую обещают наладить, но будем исходить из того, что сейчас есть, поэтому по старой схеме: Жека, тебя на остановке жду полдевятого, Кузьмич, ты без двадцати на фоксе будь!
Жека ввалился домой и словно воздушный шарик, из которого выпустили воздух — осел в прихожей не раздеваясь. Марыся дичилась и ходила в стороне, словно не признавая хозяина и жалобно несколько раз взмяукнула. Минут пять так просидел, собираясь с силами, верхнюю одежду, пропахшую дымом и порохом, на полу бросил, через силу почистил оружие. В сейф не стал убирать — задвинул под диван, чтоб в глаза не бросался карабин и в то же время был под рукой.
Только после этого в душ отправился, отмылся, опять присел в ванне, как недавно в прихожей, наслаждаясь горячей водой. Кое-как обтершись полотенцем, выпил ещё одну таблетку ибупрофена, проверил Марысины латки — даже влажный корм не доела ещё. Поставил будильник, после чего со спокойной душой завалился на диван, позвал кошку: «ксс-ксс-ксс, ну и фиг с тобой…»
Смежил веки, намереваясь заснуть, начал задремывать и тут почувствовал, как на диван тенью скользнула питомица. Тихо прокралась в ноги, свернулась в клубок и негромко замурлыкала, словно колыбельную запела…
Глава 8
8.
'Время назад.
Всё разделилось вокруг
На чужое и наше,
Бросив на разные чаши
Против и за.
В календаре преднамеренно
Спутаны числа.
В том, что всё это случилось,
Я не со зла.
Карты легли на такую
Наклонную плоскость,
Что удержаться не просто
На тормозах.'
А. Васильев
Проснулся Жека совершенно разбитым, первой мыслью было что простыл или грипп подхватил. Проспал он всего несколько часов, но встал с трудом — тело ломило, в голове гудело. Будильник на телефоне не унимался, а у него не было сил встать его выключить (специально к телеку клал, подальше от дивана, а то всякое бывало). Кое-как заставил себя встать, прошел в ванну как сомнамбула, умылся и на улицу курить. Побаливала голова, тело ломило — типичный гриппозный синдром, ещё с дежурством этим влип, и заднюю давать не вариант…