— Ты как, готов? Видок не очень…
— Нормально, — Жека то же самое мог сказать про Галяма, напряженный он сегодня какой-то и дерганный, — вчера немного накатил, без фанатизма, уже в норме.
— В общем, парни, мы сегодня в город. И в самом говне, из Челябы беженцев везут, а нам тут пахать. Неблагонадежных в колонию, нам не допускать стычек на национальной почве. — Галям помолчал, вцепившись в руль и добавил: — Сложно будет, довели тут, что там происходит…
Молчавший до сих пор Ильяс (с Жекой лишь рукопожатием обменявшийся), вскинулся, видимо — продолжая начатый до появления Жеки спор:
— Не нагнетай, командир, я с вами лучше всё равно!
— Смотри, не жалуйся потом, — Галям оглянулся опять на Жеку, — это у Жеки спрыгнуть не получится, доверие надо отрабатывать. А ты ещё можешь переиграть, тех же беженцев расселять или в патруль…
— Хорош, Галям, я всё сказал! — Отрезал Шама.
На перекрестке у автовокзала очередной пост, Галям притормозил, открыл окно, махнул пропуском. Стоявший с автоматом полицейский кивнул, махнул автоматом:
— Проезжай…
Проехав оставшиеся от автовокзала сто пятьдесят-двести метров до отдела МВД, Галям притормозил и свернул во двор. Жека спросил с удивлением:
— А Кузьмич? Мы не на Балашиху разве?
— Кузьмича предупредил, мы здесь теперь, — Галям лавировал по напоминающей растревоженный муравейник площади, ища место, где встать, — и да, теперь оружие всегда в боевой готовности носим, в городе тоже…
Старший нашел место, припарковался, вылезли из машины. От главного входа подбежал радостный Кузьмич:
— Парни, вот и вы! Полчаса торчу тут!
Галям недовольно мотнул головой Шаме с Жекой, чтоб на месте оставались, отвел Кузьмича в сторону, принявшись что-то втолковывать, подкрепляя слова отрывистыми жестами. Жека достал сайгу, примкнул магазин с лейкопластырем, чехол в рюкзак затолкал, продолжая наблюдать за разговором старшего с Кузьмичем. Вот у салаги вытянулось лицо, затряслись губы и он принялся с горячностью что-то доказывать Галяму. Старший сержант махнул рукой, подзывая Шаму с Жекой, Кузьмич довольно улыбался.
— Рюкзак-то куда тащишь, — крикнул Галям Жеке, — в машине оставь!
Зашли в отдел, Галям показал рукой вправо:
— К оружейке пока, ждите, я сейчас.
Сейчас растянулось минут на десять, наконец вернулся мрачный Галям, с бланком приказа в руках. Началась беготня: в оружейке получили по пачке патронов на каждого, наконец-то пулевых. Галям долго препирался из-за броников, которых не оказалось, по традиционному сухпаю в другом кабинете выдали. Полученную рацию отдал Жеке, назначив его связистом. Парней старший после этого отправил курить к машине, кинув ключи от неё Кузьмичу, сам отправился выбивать талоны на бензин, и на инструктаж, подчиненным бросив: