Настя дрыхнет небось, вчера её уже после комендантского часа привезли к нему, вместе со всем «приданным»: двумя клетчатыми баулами и спортивной сумкой. Показал ей все по-быстрому, в холодильнике сказал чувствовать себя как дома, не стесняться. Определил в пустую комнату через стенку от зала (не зря с генеральной уборкой заморочился, сейчас за бардак не стыдно), где сам обитал — там телек стоял второй, чуть поменьше того, что служил ему монитором, кровать двухспальная, шкаф и стол письменный — сказал тут обживаться, потом шкаф окончательно освободит от старых вещей сестры, и на этом отчалил. И так неудобно было в рабочее время свои личные дела устраивать, но парни восприняли это как развлечение — подтрунивали беззлобно, подкалывая до конца смены. Пусть их, всё время до утра быстрей пролетело…

Дверь постарался тихонько открыть, чтоб не разбудить. Едва начал приоткрывать — накатил запах, выпечки или пирогов, а в коридоре парочка встречает: Марыся на задних лапах и Настя, руки на груди сложила.

— Мужик с работы пришел. — Это она Марысе, спелись уже, одно слово женщины, а Жеке продолжила: — Проходи, раздевайся и в душ сразу. Я ничего готовить не стала, там в холодильнике картошки остатки, и супчик вкуснейший, доесть надо вначале. Гренок тебе пожарила, чесноком натерла, иди мойся, как раз суп согреется. Я с утра в ванной была, такой кайф после душа в общаге, ты не представляешь…

Жека, не прекословя, отправился в душ, не маленький, заметил, что Настя в платье, а не в спортивном костюме, в котором от Гриши уезжала, и что глаза подведены, и помадой прошлась по губам, и ванну приняла уже. А больше всего подкупило то, что не дрыхла в свой законный выходной, хотя пашет в своей оружейке по десять часов пять дней в неделю, а встала его со смены встретить. Ишь ты, гренок нажарила…

Жека так замечтался под горячим душем, что пришлось включить холодный, чтоб Настю сразу после выхода из душа не шокировать — стояк хоть полотенце вешай…

Вытерся насухо, спохватился, что по старой памяти с одним полотенцем в ванну пошел, даже трусов нет — всё в корзину для белья скинул. Обмотал полотенце вокруг пояса, сразу в зал — переодеваться. Настю предупредил:

— Я переодеваюсь, сейчас.

— Ждем, ждем. — Отозвалась с кухни.

Уминал горячее рагу из косули с аппетитом, на подоконнике Марыся сидит сфинксом, наблюдает, напротив Настя, подперла щеку рукой и тоже смотрит, умиляется. Спросил, чего сама не ест, та отнекиваться давай, что уже поела, очень вкусно готовит, не зря шеф-повара мужчины в основном. Не стал настаивать, продолжил орудовать ложкой, закусывая гренками — действительно, очень вкусно получилось. Настя между делом болтала, рассказывая как осваивалась, пока его не было: