Несмотря на это я окончательно расслабился лишь тогда, когда сперва закрылась калитка ворот пропуская нас на громадное подворье, а затем захлопнулись и двери дома. Разместившись за письменным столом в своём кабинете, прихлёбывая адмиралтейский чаёк я сперва заслушал начальника охраны, а по совместительству и ответственного за функционирования этого с позволения сказать элитного вытрезвителя. Михаил Илларионович Вешенский, не старый ещё мужчина, достигнув возраста сорока лет, сохранил юношескую стройность и военную выправку, хотя и вследствие тяжёлого ранения прихрамывал. Вы спросите, почему именно он был допущен к одной из важнейших тайн Империи? Отвечу вопросом на вопрос. Вы помните, как Артур Конан Дойл описал профессора Мориарти? Нет? Тогда напомню: блестящее образование, отменные математические способности, решительность, владение и единоборств. А теперь вместо знака «минус» поставьте «плюс» и перед вами подполковник в отставке Вешенский. На все дополнительные вопросы отвечу: все его ордена украшены мечами и получены «за деяния его Императорскому Величеству ведомые». Кстати, и ранение получено именно в процессе выполнения этих самый «деяний». Теперь, используя формулировку из будущего, Михаил Илларионович — невыездной, ибо многим нехорошим людям наступил на мозоли и натянул нос во время своих заграничных вояжей, выступая в амплуа богатого бездельника незнающего куда девать деньги и массу свободного времени, любящего и умеющего играть в карты, участвовать в скачках и иных развлечениях аристократов. Естественно, что человек профессионально занимающейся подобной деятельностью не может не разбираться в ядах, наркотиках, алкоголе и иных методах управления поведения человека.
— И так, Михаил Илларионович, — начал я, согревшись «адмиралом», — что там такого натворили эти медикусы, ибо без крайней нужды вы не стали бы бить тревогу.
— Понимаете, Александр Михайлович, поначалу я с удовлетворением наблюдал за их работой, да и поведение нашего гм-м… пациента находилось под круглосуточным контролем. На всякий случай у меня хранятся копии всех назначений, сделанных врачами, а также результаты их наблюдений. Не желаете ознакомиться с некоторыми из них? И увидев мой кивок, протянул несколько листиков бумаги, на которых были нарисованы таблицы с датами и кратким описанием состояния Николая Михайловича. Я быстренько, по диагонали пробежал их глазами, останавливаясь на отмеченных птичками строчках:
«Больной „Р“ при поступлении вёл себя крайне беспокойно, покрывался потом, руки протягивал к разным частям тела пытаясь сбросить несуществующих насекомых. Требовал, а затем умолял налить водки. Затем кричал, пытался выломать дверь, прятался под кровать».