Отдав должное великосветским сплетням, морские лорды проголосовали за предложение сэра Энтони и шестерёнки бюрократического механизма британского адмиралтейства сперва неохотно и не спеша, а затем набирая обороты, стали раскручивать маховик подготовки тайной операции.

* * *

Лондон, Даунинг-стрит, 10, резиденция премьер-министра Великобритании

23 мая 1888 года.

Ровно через семь дней, Первый лорд адмиралтейства вновь открывал дверь особняка на Даунинг-стрит, 10, хотя развёрнутый доклад был готов на сутки раньше. Сэр Джордж вошел в кабинет премьер- министра одновременно с последним, десятым ударом напольных часов. Такая показательная точность должна была показать, что был проделан колоссальный объём работы, и неделя, выделенная на это, ушла полностью. Оставалось лишь выделить необходимые деньги, а далее новый старый хозяин баркентины не позднее июля сможет вывести её в первое плаванье. Всё, что касается набора и формирования особой команды из числа русских эмигрантов, обеспечение их соответствующим снаряжением и вооружением, выходит за пределы компетенции Адмиралтейства. Далее, эти мероприятия будет курировать службы, находящиеся под контролем Форин офис.

Первый Лорд с удовольствием выслушал заслуженные комплименты из уст маркиза Солсбери и ему было чем гордится. Все эти дни он управлял Адмиралтейством с той беспощадностью, с которой капитан муштрует команду корабля, попавшего в шторм и ведущего тяжкую борьбу с волнами и порывами ветра. Многие из старожилов сего ведомства не припоминали такого аврала после окончания Восточной Войны. К сожалению, сэр Джордж, стремясь сделать всё наилучшим образом, забыл, что «the best is oftentimes the enemy of the good»(лучшее часто враг хорошего) . Слишком много ушей, слишком много глаз в таком секретном деле могут дать работу длинным языкам.

В это время в Лондоне обязанности военно-морского агента Российской Империи исполнял капитан первого ранга Н. И. Зеленой. Николай Александрович был представительным, в меру упитанным мужчиной, не достигшим ещё пятидесяти лет и носивший по примеру многих морских волков не длинную, но густую бороду и усы, составляющие с бакенбардами единое целое. Остроумный и весёлый собеседник, любящий и умеющий рассказывать анекдоты различной категории, начиная от приличествующих обществу светских дам и заканчивая теми, кои высоко ценятся гусарами, да и в целом лицами, носящими офицерские погоны. Но при этом все истории в его исполнении объединяла новизна и остроумие. А посему в отличие от персонажа романа Льва Толстого князя Ипполита, труды рассказчика по заслугам вознаграждались не вежливыми улыбками, а жизнерадостным смехом, порою переходящим в гомерический хохот. При представительной внешности, он обладал необходимым количеством орденов, которые презентабельно сверкали на парадном мундире. Ордена, жалованные Императором Всероссийским: святого Владимира, Станислава и Анны не имели мечей. Присутствовали и награды от иностранных монархов, и они так же не были напрямую связаны с отличием на поли брани.