Ближе к полуночи в дверь позвонили. Греко посмотрел на часы и нахмурился. Поздновато для клиентов, хотя на самом деле работать ему приходилось круглые сутки: люди, бывало, приходили и ночью, потому что боялись, что их увидят соседи.

Он встал и подошел к двери.

— Кто? — спросил он.

— Мистер Греко, это Анджело Витали, — послышался голос. — Я пришел вернуть долг.

Имя было знакомым. Витали — один из должников, владелец маленькой пекарни на соседней улице. Задолжал двести долларов, опаздывал с выплатами уже третью неделю. Греко собирался послать к нему людей уже завтра. А тут, получается, пришел.

Ну, ему же лучше, да и для самого Греко меньше хлопот.

Он открыл дверь, и его тут же втолкнули обратно в квартиру. Их было четверо, они ввалились в прихожую, оттеснили его к стене. Один сразу прошёл в комнату, огляделся, проверил, нет ли кого ещё. Второй встал у двери, третий и четвертый схватили Греко за руки.

— Где сейф? — спросил один из них, судя по голосу, тот же самый, что представился Витали.

— Что? — не понял Греко.

Парень кивнул, и один из тех, что держал, тут же ударил Греко кулаком в живот. Воздух со свистом вышел из его легких, он согнулся, пытаясь поймать хоть немного ртом. Когда ему это удалось, он поднял голову и проговорил:

— Вы хоть понимаете, на кого я работаю? Вы же все — трупы…

— Мы знаем, — сказал тот парень издевательским тоном. — И пока мы живее всех живых. Ну, так где сейф? Хрен с ним, сами найдем. Ищите, парни.

Греко усадили на стул, а вторженцы отправились искать. И через несколько секунд один из них открыл шкаф и громко хмыкнул.

— Нашел, — сказал он.

— Где ключ? — снова повернулся первый к Греко.

И тот понял, что эти парни ни капли не боятся Маранцано. Они вообще ничего не боятся, раз вломились к нему. А значит, могут убить. Но с другой стороны…

— Вот же он, на шее, — проговорил один из тех, что держал его, и сорвал веревку с ключом. Перебросил тому, что нашел сейф.

Он наклонился, открыл. Греко заметил, что деньги, которые там лежали, он не тронул, хотя их было немало. А взял он его тетради, в которых ростовщик записывал своих должников.

— Не волнуйся, — сказал первый, повернувшись к нему. — Тетради мы вернем тебе до утра, только перепишем их себе. Для порядка. Денег не тронем…

Он сделал паузу, после чего сказал:

— А, да. Теперь ты работаешь на Тони Скьяво. Будешь отдавать тридцать процентов каждую неделю.

— Маранцано брал двадцать, — проговорил Греко.

— А мы будем брать тридцать, — перебил его парень. — И поставим сюда охрану, без охраны в твоем деле никак нельзя. Мы сами удивились, что ее у тебя нет. Не волнуйся, будешь вести себя паинькой, все будет хорошо, — потом обратился к своим. — Томми, Поли, останетесь здесь, проследите за всем. А я пошел, нам надо в еще несколько точек заехать.