Утром бруклинские газеты напишут о бандитской разборке, а полиция заведет дело. Детективы опросят жителей окрестных домов, но, как и всегда, окажется, что никто ничего не видел.

Через полгода дело отправится в архив, где пролежит вечно.

* * *

Томмазо Гальярди, один из капо Массерии, каждое утро завтракал в одном и том же кафе на Гранд-стрит.

Ему было пятьдесят три года, он приехал в Америку в двадцать, а потом вступил в «Черную руку». Но вовремя успел перейти на сторону Коза Ностры и перетащить туда своих людей. Его приняли в Организацию, он поднимался вверх ступенька за ступенькой, пока не стал капо.

Теперь он контролировал богатый район — верхнюю часть Манхэттена. Игорные точки, ростовщики, игорные дома, бары. Неплохо для парня из Палермо, который приехал сюда с десятью долларами в кармане.

Кафе называлось «У Марии», это было маленькое заведение на шесть столиков. Хозяйка сама готовила еду, здесь подавали настоящий кофе, варили его специально для каждого клиента, а домашнее печенье было просто великолепным.

Гальярди приходил сюда каждый день без четверти восемь, садился за столик, где его уже ждала «Иль прогрессо Итало-американо», печенье и чашка кофе. Это было полчаса покоя перед рабочим днем, охрана ждала его снаружи, в машине напротив входа.

Он никогда не встречался здесь с людьми, никогда не вел отсюда грязных дел. Это было место исключительно для отдыха. Мария знала его, они из одного района Палермо, и даже встречались в молодости. Это чуть не кончилось дракой на ножах с ее братом, но все прошло мирно, ведь он не оскорбил ее.

Здесь он чувствовал себя в безопасности.

Утром вторника все шло, как обычно. Гальярди вошел, поздоровался, сел за столик у окна, где уже все было готово. Раскрыл газету, раскусил печенье, сделал глоток кофе.

За соседним столиком сидел молодой человек в кепке и рабочей куртке, пил кофе и ел булочку, листал журнал с дешевым детективным романчиком. Гальярди не обратил на него никакого внимания: мало ли рабочих забегает сюда перед сменой.

Молодого человека звали Себастьяно Доминго, и он, несмотря на одежду, более подходящую докеру, зарабатывал на жизнь очень специфическим способом. Он убивал людей.

На самом деле он был из Чикаго, но Маранцано пригласил его в Нью-Йорк, предложив хорошие деньги и место в своей Семье.

Он пока не знал, соглашаться или нет, но заказ принял.

Он был абсолютно спокоен, ничего не боялся, руки не дрожали. Он спокойно допивал свой кофе с булочкой.

Закончил с трапезой, мазнул пальцем по ручке чашки, чтобы стереть отпечатки, и встал. Запустил руку в карман, нащупывая револьвер, сделал шаг в сторону спокойно сидевшего за своим столиком Гальярди.